Читаем День Сэма (сборник) полностью

– Я говорила тебе, что Эмиль был хорошим ювелиром. Он работал на Сорок седьмой улице в Манхэтене. Ты знаешь, её называют брилиантовой. Мы купили сначала маленький домик в Нью-Джерси, подновили его и, когда цены пошли вверх, хорошо его продали. Сразу купили большой дом. Маратик ходил в частную школу. Он вообще очень способный и хорошо учился. А я два года проучилась в колледже на гигиениста и пошла работать к дантисту в офис… Ладушка, милый, дай мне сигарету, – попросила она.

Влад встал и, взяв со столика сигарету, прикурил её и подал Ирине. Потом лёг.

– Ну вот, – продолжала она. – Всё было хорошо, пока Эмиль не сорвался в Москву. Это было в девяносто пятом. Друзья звонили из Москвы и звали его «замутить бизнес», как они говорили. Он уехал и жил там месяцами, потом приезжал ненадолго и снова уезжал. Он стал там здорово подниматься, купил квартиру в Москве и звал меня приехать. Несколько раз я приезжала к нему ненадолго, ведь я работала и, главное, Марат поступал в Колумбийский университет. Я не могла его оставить одного. – Она помолчала. – А потом я узнала, что у него появилась женщина в Москве и они живут вместе. А я стала загранженой. И я подала на развод. Вот так-то, мой милый!

Они помолчали.

– А ты? – Ирина повернулась к Владу.

– Что я? – Влад лежал с закрытыми глазами.

– Глаза! В глаза смотреть! – нарочито грозно, как на допросе, но, не выдержав, рассмеялась Ирина. – Владенька, я заметила, ну почему ты не любишь смотреть в глаза?

– Не я один. Знаешь, был такой нарком по иностранным делам, Чичерин, так он тоже не смотрел в глаза, – серьёзно ответил Влад.

– Нашёл себе оправдание. Ну правда, а как у тебя? Только в глаза смотреть! – опять шутя приказала Ирина.

– А что у меня? Мы с Ольгой прожили вместе почти целую жизнь – больше тридцати лет, и женился я по любви. А теперь вот тебя встретил…

– Ладушка, милый, но, пожалуйста, я же не первая встретилась на твоём пути, ведь так?

– Всё так, Иринушка, всё так… Ведь мы же встретились людьми уже пожилыми и у каждого из нас за спиной значительный кусок прожитой жизни. Конечно же, были и другие женщины… Ты знаешь, я никому этого никогда не говорил, да и сам, честно говоря, долгое время не понимал до конца, что происходит у меня с Ольгой. Она моя первая настоящая любовь. Ольга умница, добрая и ласковая, но… понимаешь… Нет, не сейчас, давай как-нибудь в другой раз. Сейчас мы вместе: ты и я, мы снова молоды, и мы хотим друг друга…

Зазвонил телефон у Влада. Это была Ольга. Влад встал и вышел с телефоном в ванную комнату.

– Да, Оль?

– Влад, ты во сколько сегодня заканчиваешь?

– Ещё не знаю, пока занят. А что?

– Неля Кац звонила, они с Мишей хотят заехать вечерком.

– Во сколько, Оля?

– Часов в шесть-семь. Салатики и горячее я сделаю, а ты можешь заехать по пути и купить что-нибудь к чаю?

Влад взглянул на часы: было около четырёх.

– Конечно, Оля, нет проблем. А где Марик?

– Марик работает и будет поздно.

– Ладно, буду к шести и всё куплю, – закончил разговор Влад.

Он вернулся в комнату и снова лёг.

– Это жена? Тебе пора? – спросила Ирина.

– Нет, пока немного времени есть ещё. И потом я тебя хочу опять…

* * *

Влад был рад, что к ним приехали Кацы. Мишка был болтун и балагур, а Нелька, подстать ему, молчать не любила. С ними всегда было легко и просто в любой компании. Сейчас Влад наслаждался их обществом вдвойне: ему не нужно было прятать глаза от Ольги и заполнять паузы в разговоре. Мишка легко восполнял сегодняшнюю немногословность и задумчивость Влада.

Когда они уехали, он спустился к себе. Его переполняли чувства нежности и любви, которые он испытал к Ирине, но неожиданно для себя он написал совсем иное.

Голубиная почта

Влад – Ирине

Ирка, ну мы и дали сегодня. Прибежал домой, хорошо, что мать спала у себя в комнате, а отец где-то по делам был. Я сразу к себе, закрылся и весь дрожу: тебя и себя вспоминаю. Ну никогда не знал, что это так здорово! Мы с ребятами иногда трёпаем по этим делам, но это совсем другое. Ирк, а это хорошо? А ты думала про Это? Мы ведь даже не успели про это поговорить – сразу в разные стороны…

Знаешь, даже пацанам про нас не расскажешь – засмеют. Ну и дураки. Это даже слаще наркоты. Я прямо как вспомню про нас, так сразу горю весь, но не от стыда, ты не думай. Хочу опять… Даже уроки делать не могу, ну ничего в голову не лезет, только Это.