Читаем День позора полностью

Пять командиров линкоров из 8 находились на берегу. На крейсерах и эсминцах отсутствовали более 50 процентов офицеров. Те, что находились на кораблях, либо сидели в укрытиях, спасаясь от обстрела, либо были блокированы задраенными водонепроницаемыми дверями, кого-то парализовала внезапность всего случившегося. Матрос Роберт Бентон - наводчик пятидюймового орудия на линкоре "Вест-Вирджиния" - беспомощно стоял на своем боевом посту. Остальных комендоров расчета не было и в помине. На многих кораблях не могли открыть погреба с боезапасом. Были и просто анекдотичные случаи. На острове Форд интендантский офицер твердо заявил, что не выдаст матросам автоматов и патронов без письменного приказа командира части. На эсминце "Хелм" старшина комендоров попросил у командира корабля разрешения взять ключи от боевых погребов. На просьбу капитан 2-го ранга Керрол ответил: "К черту ключи! Ломайте замок!" Он сам не знал, где находятся ключи. На крейсере "Новый Орлеан" двери погребов взламывали ломами. На "Пенсильвании" сбивали замки кувалдами.

На эсминце "Монегхен" старшина Томас Донахью, отстояв последнюю вахту, собирался покинуть корабль. Он уже был списан с эсминца в связи с переводом на материк. Услышав первые взрывы, он тем не менее помчался к орудию No 4, командиром которого являлся. Пока взламывали двери погребов, Донахью, набрав гаек из орудийного ЗИПа, швырял их в низко идущие самолеты. Наконец из погребов прибежал матрос и спросил, что ему подать из погребов.

- Пороха дайте! - заорал Донахью, - мне не достать их гайками!

Его поняли буквально и принесли холостой заряд, где был только порох, но не было снаряда. Пришлось первый выстрел по противнику сделать холостым зарядом. Это было все-таки лучше, чем кидаться гайками. На корме крейсера "Гонолулу" кто-то заметил, что со ствола орудия забыли снять медную дульную пробку. Но было уже поздно. Орудие выстрелило, выбив пробку, и повело огонь по противнику.

Все больше и больше орудий кораблей и береговых средств обороны включались в бой. Но десять бесценных минут были потеряны и эта потеря стала смертным приговором "линкорному ряду".

Еще один самолет устремился на "Неваду", с надстройки которого уже били несколько пулеметов. Не выдержав огня, торпедоносец отвернул в сторону, неожиданно вспыхнул и рухнул в воду за кормой линкора. Все находящиеся на верхней палубе взвыли от восторга. Пилот каким-то чудом остался жив и плавал около корабля. Его видели, но не поняли - живой он или мертвый. Он плыл на спине лицом вверх. Было не до него. Серебристый след торпеды приближался к кораблю. Рядовой морской пехоты Пайтон Макданиэль не мог оторвать от него взгляда - торпеда шла в носовую часть корабля с левого борта. Макданиэль вспомнил картины, изображающие торпедированные корабли, и представил себе, как сейчас "Невада" в огне и дыму переломится пополам. Но ничего вообще не случилось. Могучий линкор только слегка вздрогнул. Затем бомба угодила в зенитно-дальномерный пост правого борта. Лейтенант Джо Тоссидж, стоявший в момент попадания в дверях поста, неожиданно обнаружил себя лежащим с ногой, подвернутой под левую руку. Он смотрел на нее с каким-то отсутствующим видом, подумав: "Как нога сюда попала?" Пятью палубами ниже на командно-информационном пункте лейтенант Чарльз Мердингер чувствовал себя как на учениях, где ему приходилось присутствовать сотни раз. Он стал думать иначе, получив сообщение о тяжелом ранении Джо Тоссиджа, с которым они жили в одной каюте.

На стоявшей впереди "Аризоне" события развивались более стремительно, почти не оставив времени для каких-то размышлений. Линкор был частично прикрыт пришвартованной к нему плавмастерской "Вестал", но маленькое судно не могло обеспечить достаточной защиты огромной "Аризоне". Почти сразу же в корабль попала торпеда, а затем обрушился ливень бомб с появившихся над гаванью горизонтальных бомбардировщиков Футиды. Одна бомба пробила шлюпочную палубу между орудиями No 4 и 6 пролетев почти рядом с матросом Расселом Лоттом, находившемся на зенитно-дальномерном посту. Ему казалось, что стоит лишь протянуть руку - и он мог бы до нее дотронуться. Другая попала в башню No 4 и взорвалась, не пробив ее. От сотрясения был сброшен с трапа старшина Джемс Форбис, находившийся двумя палубами ниже.

Трансляция пролаяла: "Пожар на шканцах". Радист Гленн Лейн с тремя матросами, подготовив шланги, пытались бороться с огнем. В пожарной системе не оказалось давления. Они пытались дозвониться, чтобы в систему подали давления. Телефон не работал. Корабль трясло от взрывов где-то в носовой части, постоянно сбивая моряков с ног.

Стоявшей у борта плавмастерской доставалось все, что не попадало в "Аризону". Одна бомба прошла через открытый люк трюма, пробила днище корабля и взорвалась в воде. Трюм No 3 начал заполняться водой и судно осело кормой. Сидящий в помещении для арестованных матрос вопил, чтобы его выпустили. Ключа ни у кого не было и. в конце концов, замок разбили выстрелом из пистолета.