Читаем День крысы полностью

 Теперь бы разобраться, как открывается. Хотя…

 Димка нажал красную кнопку на поворотной рукояти. Раздался громкий щелчок, и дверь открылась.

 - Сюда-аа!! Бегом!!!

 Женщины и малявки уже неслись по лестнице вниз. Колонну замыкал доктор, поддерживавший роженицу под локоть, забывший прикрывать отход. Когда-нибудь Димка припомнит ему эту оплошность. Но не сейчас.

 На лестницу Димка вышел последним, предварительно бросив взгляд в коридор, который пока что пустовал. Он захлопнул дверь.

 - Дим Саныч! - услышал он.

 У раскрытой двери этажом ниже стояла…

 - Мама! - закричал Димка, перепрыгивая через три ступеньки и позабыв обо всем на свете. - Мамуля!!

 Он бы никогда не поверил, если бы кто-нибудь сказал ему, что во время конца света можно быть безраздельно и безоглядно счастливым.

 Однако так оно и было.

 ***

 Никто из людей, нашедших спасение в одном из небоскребов Москва-Сити еще не ведал истинных масштабов нашествия крыс.

 Спасшиеся не знали, что незадолго до того, как вертолет принялся таранить стеклянную стену здания, город захлестнула новая волна крысиной атаки, масштабы которой превосходили силу утреннего нашествия в десятки, если не сотни, раз. По сравнению с той силой, которая напала на город в эти часы, оказалось, что утреннее нападение грызунов было лишь робкой разведкой.

 Судить о мощи атаки можно было хотя бы по тому, что один из немаленьких крысиных отрядов добрался до самого верха гигантского здания.

 На поверхности же воцарились смерть и ужас. Поднимаясь из тайных и зловещих глубин города сотни миллионов серых, хвостатых тварей отправились на штурм мегаполиса. Бойцы этой невиданной армии проникали во все, даже самые закрытые и изолированные помещения, используя канализацию, вентиляционные шахты.

 Враг был страшен, и переговоры с ним были невозможны. Этот враг не ведал пощады. Он до поры не нуждался в пленных.

 Дневную атаку серых тварей пережили очень немногие. Всего за один день им удалось то, чего не могли добиться ни Наполеон, ни Гитлер со своими армиями.

 Можно сказать, что к шестнадцати часам дня город Москва прекратил свое существование.