Читаем День и ночь, 2011 № 03 (83) полностью

6. «Возвращайся, Гиппо!..»

Эпилог

…Так развеялись два года,как Шатуры едкий дым.Всё ему здесь — и погода,и российская природа,и еда, и даже модастало близким и родным.
Ночью спал он у комода,днём работал для народа —не считал себя «крутым».Он любил Москву всем сердцемза открытый нрав её.Ел салат с зелёным перцеми ценил своё житьё.Но порой, придя с работыи хватив кваску бокал,он родимое болотовдруг с тоскою вспоминал.Да, с Москвою он сроднился,но душа зовёт назад.«Где родился — там сгодился», —как в России говорят.Видно, надо возвращаться —там и мама, и отец.Видно, час пришёл прощаться,есть всегда всему конец.Рассчитавшись в зоопарке,он на все свои рублинакупил родне подарки,чтоб и в Африке могливечерком, средь звона мошек,прежде, чем улечься и спать —сто весёленьких матрёшекдруг из дружки вынимать…Только как ему вернуться?В самолёт залезет он —будет там не разминуться:он расклинит весь салон.Вдруг случится так, что надопассажирам в туалет,а проход огромным задомзагорожен — хода нет!Надо срочно делать что-то,ведь не зря, едва лишь ночь —и вплывает в сон болото,а Москва — отходит прочь……В мире много бед и злости,но не меньше и чудес.И пришёл вдруг к Гиппо в гостисам министр МЧС.В жизни множество подарковждёт на каждом нас шагу.И, горя улыбкой яркой,говорит ему Шойгу:«Вертолёты дружным строемзавтра в Африку летят.Мы дома там людям строими детсадик для ребят.Там в пустыне — наводненьесмыло целый городок!Русским людям — наслажденьевзять пилу и молоток.Мы построим им бунгалона четыреста семей.Ну, а если будет мало,мы им целых два кварталавозведём там для людей.Если кто-то нас попросит —мы, не медля, мчим вперёд…Можем и тебя подброситьдо твоих родных болот.Сядешь в люльку из брезента,к ней привяжем прочный трос…Нынче наши президентыобсуждали твой вопрос».…Ночь прошла — и над лесами,через ширь полей и вод,полетел под небесамииз России бегемот.Вниз поглядывая робко,Гиппо видел целый мир:вон в стороночке — Европка,вон — Афины, вон — Каир.Вон — идут в потоках потабедуины по песку.Вон — и милое болото,что зажгло в душе тоску.Полный счастья и печали,на поляне Гиппо сел.И все джунгли закричали:«Гиппо! Гиппо прилетел!»Загалдели попугаи,затрубил слонихе слон:«Ты слыхала, дорогая?Гиппо — с нами, с нами он!»Вмиг мартышки-вертихвосткиразнесли по лесу весть,что их давний друг московский —снова с ними, снова здесь!Из ближайшей мутной лужи,обе с радостным лицом,встали две большие туши,пошагав к нему по суше,и узнал он мать с отцом.Все полезли обниматься,но свалили Гиппо в грязь.Стали вместе подниматься,над собою всласть смеясь.Гиппо снова поскользнулсяи, восторга не тая,громко крикнул: «Я — вернулся!Это — Родина моя!..»...........................................…Так свершается вращеньенаших жизней на Земле —расставанье, возвращенье,день в сиянье, ночь во мгле.Сладко спать среди болота,слыша ветер в камыше.Ни работы, ни заботы —только счастье на душе.Райских птиц весёлый промельк,свист в лесу, а вкруг него —только солнце, грязь и, кромесолнца с грязью, никого.Но под сенью пальм красивыхна закате слышал он,как струился из Россииколоколен милый звон.А в ночи, — то ль всех пугая,то ль хуля, а то ль хваля, —тарахтели попугаи,криком джунгли веселя.Но в ответ кричащим птицами мартышкам, что визжат,лился голос из столицы:«Милый Гиппо, приезжай!»И ему припоминалсяим увиденный Валдай.(А ещё ведь там осталсянеизведанный Алтай!..)Как ему в пространстве сблизитьэти джунгли и Арбат?Как Россию не унизитьтем, что он болоту рад?..Глядя ввысь, он погружалсяв звёздной ночи синевуи как будто возвращалсяв освещённую Москву.Даль темнела, словно глыба,ночь звенела, как трамвай:«До свиданья, милый Гиппо!Ты о нас — не забывай.До свиданья, друг! Навечноты теперь в душе у нас.Знаем, будет, будет встречавпереди ещё не раз.Что нам — вёрсты и года?..Дружба — это навсегда!..»
Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия