Читаем Демоны ЖКХ полностью

Пробуждение застало Адель далеко за полдень. Она не торопилась выбираться из кровати, томно потягиваясь, чтобы размять тело и насладиться свободным от забот утром. С самого детства Адель любила вставать попозже, когда комната уже оказывалась залитой солнечным светом, когда на кухне звучали голоса взрослых, и пахло молотым кофе. Ей нравилось тихонько лежать под одеялом, балансируя на тонкой грани меж сном и бодрствованием, то проваливаясь в зыбкую дремоту, то просыпаясь и вновь включаясь в ход жизни. Конечно, в детстве ее приходили будить и безжалостно заставляли идти завтракать, а сейчас можно валяться, пока не захочется умыться и чего-нибудь съесть.

Перевернувшись на живот, девушка уткнулась лицом в подушку, вспоминая окончание вчерашнего вечера. Как злилась Ольга, когда Янис бесцеремонно отказал ей в знакомстве! Адель, конечно, утешала подругу, как могла, но в душе радовалась такому исходу. Значит, не с ней одной случилась эта история, значит, это не она нехороша, а это что-то не так с самим Гертнером.

– Точно импотент, – закуривая, решила Оля. – Я ему практически намекнула на продолжение вечера, а он хоть бы дернулся!

– Может, у него девушка есть? – попробовала мыслить логически Адель.

– Ой, да все мужики своим девушкам изменяют, – махнула рукой Ольга.

– Я бы не изменял, – не согласился Роман. – Иначе зачем встречаться с человеком, чтобы ходить налево?

Конечно, Рома оказался настоящим мужчиной и проводил обеих подружек до дома. Сперва они втроем дошли до Ольги, отказались подняться и выпить еще немного. Оставив расстроенную Олю ложиться спать, Адель не спеша брела по улочке с новым знакомым, пытаясь невзначай выпытать еще что-нибудь о Янисе Гертнере.

– Ром, а ваш начальник точно не женат?

– Точно, – обрадовал Адель парень. – Водитель его однажды проговорился, что Гертнер совершенно свободен. Думаешь, твоя подружка сильно обиделась?

– Еще как! Она не привыкла слышать «нет»…

До подъезда они дошли в молчании, думая каждый о своем. Вернее, Роман несколько раз пытался завести беседу, но Адель отмалчивалась, перебирая в памяти явные нестыковки: ну, не может начальник ЖКС приехать на вызов, как простой сантехник, а если это и допустить, то отчего он не узнал ее в баре, хотя Рому явно вспомнил.

Переливчатая трель мобильника оборвал плавное течение мыслей девушки.

– Проснулась? – спросила она, ответив на звонок подруги. – Оля, успокойся! Что?! Сейчас приду, вари кофе!

Такого Адель совершенно не ожидала. Наскоро умывшись и бегая по квартире с зубной щеткой во рту в поисках куда-то запропастившихся джинсов, она переваривала свалившуюся на нее информацию. В подвале блочной пятиэтажки, где жила Оля, найдено тело молодой девушки, убитой вчера вечером. Как хорошо, что Ромка проводил их обеих! Нужно будет поблагодарить его при случае…

Пропрыгав на одной еще не обутой ноге по коридору, чтобы не разносить песок, Адель ухватила с тумбочки небольшой рюкзачок. До дома Оли бежать недалеко: через уютный сквер с гранитными скульптурами лягушек, что примостились напротив ряда скамеек, затем через двор и через перекресток, где частенько не работал светофор.

Уже подходя к дому, Адель заметила явное оживление: жители ближайших пятиэтажек стекались к месту событий, привлеченные запахом сенсации. Есть какая-то странная особенность у людей – неподдельный интерес к чужому горю, благодаря которому оно превращается в шоу. Рядом с домом стояли машины скорой помощи и полиции, ходили люди в форме, тесня любопытствующих в сторону. Подвал уже опечатали, но, кажется, зевак это совершенно не смущало.

Ольга ждала подругу, сидя на скамейке в домашнем халатике и розовых плюшевых тапках с умильной кошачьей мордочкой. Бледная и испуганная, она поднялась, ухватила Адель за руку, потянув за собой.

– Участковый по квартирам ходит, опрашивает, кто-что видел вчера, – страшным шепотом сказала Оля. – Родители с мелким на даче, а одна я боюсь.

В узком подъезде было довольно многолюдно. Соседи вышли из квартир, чтобы обменяться свежими впечатлениями.

– Утром тело нашли, дворник увидел, что двери открыты, – вещала молодая женщина, старательно закрывая ладонями уши своей пятилетней дочери. – Представляете, в подвале крови было по щиколотку!

– Ой, откуда в человеке столько крови, – отмахнулся от новостей пожилой мужчина в очках и с газетой подмышкой. – Жалко девочку, очень. Найти бы выродка, да…

– Степан Петрович, тут же дети, – возмутилась мать, выразительно скосив глаза на дочку.

– Так домой ее веди, Людочка! Нечего дитю взрослые разговоры слушать, да, Сонечка? Да, маленькая?

Это засюсюкала баба Таня, чья квартира была напротив Ольгиной.

– Здравствуйте, девочки, – обернулась она к Адель и ее подруге. – Вы на ус-то мотайте, одни по городу не ходите пока, а то тьфу-тьфу-тьфу!

– Не будем, баб Тань, – ответила Оля, поднимаясь выше. – Я теперь по темноте вообще выходить не стану от греха.