Читаем Демоны Юга полностью

— Проклятье! Крысы сухопутные! Рачьи дети! Собачьи дочки! Не разбились! Вот ведь ловкие!

Последнее он, по-моему, произнес с нескрываемым одобрением.

Дирижабль не стал далеко удаляться. Набрал высоту, развернулся, очень медленно приблизился, с него свесилась гирлянда разноцветных флагов.

— О чем сигналят? — спросил я, совершенно не разбираясь в этой азбуке.

И обычную-то едва понимал, ведь читательские познания Дат в мою голову поместить не удосужился, а научиться этому делу с нуля — не такое уж быстрое дело, тем более что с разговорным языком познакомился недавно и не совсем обычным образом.

— О чем вообще эти обсосанные устрицы могут сигналить? Приказывают оставаться на месте, а если вдруг ослушаемся, грозят страшными карами. А это еще что? Улетают почему-то…

— Дирижабль — сложная машина. И дорогая. Они понятия не имеют, что сейчас произошло. Возможно, грешат на поломку. В таком случае им, должно быть, приказано как можно быстрее уходить на базу.

— Ну да, такая техника стоит дорого. Но, как по мне, у них никаких потерь нет по технике, да и из людей только крикун свое получил, его я бы жалеть не стал, голос дурной.

— Перестраховываются.

— Наверное. Страшно, должно быть, летать по небу.

— Не очень.

— Ну вам точно виднее. Эти, должно быть, не знают, что в Махене случилось. Иначе разбомбили бы нас без разговоров.

— Тогда откуда они взялись?

— Реку закрывают постепенно. Начали снизу, и теперь все выше и выше поднимаются. Дирижабли впереди всех идут, они же следят, чтобы никто не нарушал запрет. Я так понимаю, слушать их приказы мы не станем?

— Я не капитан, да и вопрос смешной.

— И правда смешной. Тогда подождем, когда отойдут подальше. Эй! Будюм! Вижу, ты очень рад тому, что работать не приходится?! Знаю, что рад без памяти, пиявка ты ленивая! Давай уже, выходи из пожизненного запоя, запускай машину! Разведем пары, и ходу отсюда, а то на веслах придется до вечера болтаться в этом болоте!

— Ты же сам говорил, что дымить опасно!

— А ты мне говорил, что с выпивкой завязал! Раз сто я это от тебя слышал! Ну и что?! Завязал?! Большего вруна ни море, ни суша не видывали! Малышка Лилия, которая ухитрилась продать свою девственность почти сто раз, в сравнении с тобой воплощение честности!

— Ладно уже, не кипятись, сейчас все будет!

Чем выше мы поднимались, тем меньше встречали то, что принято называть признаками цивилизации. Капитан Дор, судя по всему, был не совсем откровенен, когда заверял о своей полной непричастности к криминальным делам. Ну откуда честному капитану знать, где именно располагаются самые укромные речные тропы? И не абы какие, а с глубинами, достаточными для прохода не такого уж маленького суденышка. Мы лишь раз наткнулись на топкую мель, да и с той легко сошли, не провозившись и часа.

Мы, бывало, от рассвета до заката продирались через такие дебри, где деревья, поднимающиеся по берегам, смыкали над узкой протокой кроны, и получался оригинальный зеленый туннель. Мачту в таких местах приходилось снимать, машину почти все время гоняли на самых низких оборотах, чтобы не дымить чрезмерно. При малейшем намеке на жужжание авиационного мотора останавливались, по возможности укрываясь еще тщательнее. Для маскировки где только можно навязали охапок тростника, располагая их беспорядочно, чтобы размывали правильные очертания судна.

Изредка проходили участки, где можно было разглядеть далекие окрестности. И почти никогда не замечали ничего, кроме все тех же дремучих зарослей по берегам. Лишь однажды увидели едва заметную тропу, что выходила к почти развалившемуся причалу. А может, просто рыбацкий мостик, очень уж мал. Однажды на глаза попалась деревня, все хижины которой стояли на сваях. С виду полностью заброшенная, от крыш уже почти ничего не осталось, но стены еще держатся.

Человека не видели ни разу.

Дирижабли в покое не оставляли. Но, по-моему, не столько нас разыскивали, сколько летали наверх по своим делам. Тота — наилучший ориентир для авиаторов. И она же — оптимальное укрытие для людей вроде нас. Не из тех рек, что к верховьям превращаются в ничтожные ручьи. Здесь ее долина расширялась, русло разбивалось на бесчисленное количество протоков, все это утопало в буйной зелени. Эдакая полоса километров пятнадцати шириной, где опытный моряк везде найдет для себя тропинку. Чтобы надежно перекрыть такой путь, потребуются заслоны из десятков кораблей, лодок, дирижаблей, оборудованные береговые посты, налаженная между ними система связи. Быстро организовать все это на территории, еще три недели назад находившейся под полным контролем повстанцев, власти Директории не смогли.

Но они старались, и поэтому путь, в обычное время проходимый за два-три дня, у нас отнял больше пяти.

На шестой день Дор был вынужден сделать короткое признание:

— Я не знаю, куда идти дальше.

— А кто знает? — тут же уточнил я.