Читаем Демон - любовник (ЛП) полностью

Гвинет просунула руку под капюшон и коснулась его лица. Кожа оказалась тёплой и немного грубой от щетины. Его дыхание стало прерывистым и в тоже время тихим. Она хотела сказать, попросить ещё о поцелуе, но не могла подобрать слова. Вместо этого девушка молча приблизила лицо к капюшону, видя только заманчивые тени и полуприкрытые глаза, затем нашла его губы своими, и вздохнула от удовольствия.

Мгновение он стоял неподвижно, словно ошеломлённый её действиями. А потом всё изменилось. Одной рукой мужчина схватил девушку, притянув ближе, и она задохнулась, когда он завладел её ртом. Всё в нём казалось твёрдым — требовательные губы, грудь, прижатая к её затвердевшим соскам, мускулистые бёдра и напряжённый член, упирающийся ей в живот.

Возбуждение нарастало. В особенности, когда его рука прошлась вниз по спине, и захватила её ягодицы, прижав к достоинству мужчины ещё сильнее. Гвинет чувствовала, как напротив неё эта напряжённая плоть становится больше, и хотела зайти дальше. Незнакомец ласкал её бедра, талию, живот. Муки удовольствия нахлынули на неё. Застонав, девушка двинулась, дав ему возможность накрыть ладонью её возбуждённую грудь.

Приятные ощущения наполнили её. Не задумываясь, она шагнула в руки незнакомца, почувствовав, как его большой палец нежно обводит её напряжённый сосок.

Но как внезапно это началось, также внезапно же и закончилась. Он отстранился от неё, удерживая за плечи на вытянутых руках. Её припухшие от поцелуя губы почувствовали холод. От его прикосновений всё тело девушки била мелкая дрожь. Хотя она и слышала его частое дыхание, но разглядеть лица так и не могла.

Он заговорил.

- Вы заплати мне больше, чем мы договаривались.

- Это не было платой, — Гвинет не знала, что сказать. Стыдясь своего развратного поведения, она всё ещё желала большего.

- У меня такое чувство, что мы встретимся снова.

- Как я узнаю вас, если не вижу вашего лица?

- Это не имеет значения. Я узнаю вас. — Убрав руку с её плеча, он коснулся губ девушки одним пальцем и нежно провёл по ним. — Ваш поцелуй.

Незнакомец отошёл на несколько шагов. Раздался гром и появился столб дыма, из которого он тогда и появился. Всё рассеялось, и мужчина исчез.

Когда дверь открылась, дым уже успел полностью рассеяться. Гвинет резко повернулась к охраннику и управляющему Уоллесу, которые вошли в комнату с одинаковым выражением шока, застывшим на их лицах, увидев спутанную массу золотой нити рядом с прялкой, мерцающую на свету.

- У меня не было времени, чтобы смотать пряжу. К тому же, вы не дали мне катушек, — холодно произнесла Гвинет, вместо приветствия.

Она не смогла сдержать самодовольного удовлетворения, которое окутало теплом её сердце при виде их изумленного состояния.

- Попросите прийти сюда Его Величество, — приказал Уоллес охраннику. — Поспешите!

Гвинет положила руки на поясницу и потянулась. Теперь, когда таинственный гость ушёл, и её жизнь спасена, она ощутила последствия от работы прошлой ночью: кожа на ладонях была стёрта, от переноса связок соломы и сидения за прялкой ужасно болела спина.

- Как… как вы это сделали? — спросил мужчина, запинаясь, когда подошёл к одной из груд и начал перебирать пальцами тонкие нити золота.

Девушка подавила зевок.

- Я не знаю. Это — просто мой дар.

Отпустит ли король её теперь, когда она выполнила задание? Как только Гвинет снова увидит отца, то обязательно отругает его за опасное хвастовство, которое чуть не лишило их жизни. Слишком долго она молчала, стараясь быть послушной и воспитанной дочерью. Теперь пришло время решительно поговорить с ним обо всем: о похвальбе, и о том, как он выставлял её напоказ, словно девушка была просто красивой вещью.

- Ваш отец сказал правду. Не могу в это поверить, — продолжал удивляться управляющий, когда взял моток и взвесил его в руке. — Король будет очень доволен и вами, и мной.

Его голос, казалось, доносился издалека. В голове девушки не хватало ясности. Она была измучена бессонной ночью и сильным страхом за свою жизнь… Ей хотелось лечь на пол и уснуть… после посещения уборной, поскольку её мочевой пузырь готов был лопнуть.

- Теперь я могу пойти домой? — спросила Гвинет у Уоллеса.

- Это будет решать Его Величество. Но не думаю, что он позволит ускользнуть такому чуду, как вы.

Неловкое молчание повисло между девушкой и управляющим. Её сонливость как рукой сняло, нервы были на пределе. Конечно же, король не станет просить её повторить эту работу. Но вдруг? Тогда ей не избежать казни, ведь сама по себе Гвинет была абсолютно беспомощна. Могла ли она надеяться, что таинственный незнакомец снова придёт ей на помощь?