Читаем Демон полностью

Пенни рассказал ему о Серже Кутэне и Ханако, что она сейчас может быть в Бангкоке: нужно ее поискать. И позвонить, если появятся новости, но соблюдать осторожность. Это работа Они. Ники Макс сказал: у нас с этим говнюком свои счеты, я его размажу на месте, если увижу. Полную обойму в голову и гранату в задницу — для уверенности. Не спи там, напутствовал Пенни. Ты знаешь, как Они играет в эти игры, смотри не пролети.

Потом Пенни спросил о семье, и Ники Макс сказал, что жена таиландка в порядке, обе дочери тоже в порядке, и слышал ли Пенни анекдот про бродягу, который нашел волшебную лампу. Потер лампу, как полагается, выскочил джинн и предложил ему три желания. Бродяга пожелал миллион долларов и сразу получил эту кучу денег. Потом бродяга затребовал себе «Роллс-Ройс» — бац машина перед ним, шофер за рулем. Тогда он заявляет: хочу, чтобы у меня член доставал до земли. Бац — и джинн обрезал ему ноги.

Да, подхватил Пенни, Они это и делает. Он специалист по третьим желаниям. Позвони мне, и что бы ты ни делал, не смей недооценивать Они. Я тебе точно говорю…

* * *

Пенни смотрел из «Крайслера» на дом Мейера Уэкслера, и ему не хотелось покидать машину с кондиционером. Вашингтон умеет быть раскаленным в августе — вот как сегодня. Да и влажность высокая. Говорить с Уэкслером тоже не хотелось, но придется. Интересно, как поступит Уэкслер, если узнает все же о связи между Элен Силкс и Фрэн Маклис.

Он подумал, не позвонить ли Фрэн Маклис в здание Сената, но решил этого не делать — она не сможет обсуждать Элен Силкс, если вообще захочет говорить на эту тему. Вспомнились Аристотель Беллас и Софи. Скрываются, испуганы до безумия, и можно ли их осуждать? Как сказал тогда Грек? Что-то о том, что сделали Уоррен Ганис и «Мудзин» много лет назад. И теперь это может их погубить…

А для кого-то в «Мудзин», сказал еще Аристотель, свалить Уоррена Ганиса — это единственный путь к власти в компании. Может, если бы Пенни знал этот большой секрет, ему не пришлось бы сейчас заниматься Мейером Уэкслером. С другой стороны, если б он знал, то, может, пришлось бы заниматься Виктором Полтавой. Пенни вздрогнул. И не от прохлады кондиционера.

Он вышел из «Крайслера», прихватив с собой радиотелефон и ЭКР-1. Записные и адресная книжки Грека лежали в футляре телефона, похожем на атташе-кейс. Нажав на кнопку звонка, он стал ждать, оглядывая спокойную улицу. Ждал долго. Уэкслер не спешил открывать, а когда открыл, на Пенни посмотрел так, как можно смотреть на убийцу-маньяка. Мейер Фрэнклин Уэкслер. Невысокий полный мужчина, польский еврей, лет ему под семьдесят, остатки рыжих волос зачесаны наискось на блестящий розовый скальп. Пенни кое-что слышал о нем. Острый ум. Постоянный скепсис. Всегда смотрит сверху вниз на тех, кто выше него по положению. Забавная получится встреча.

— Пенни? — Прозвучало это хмыканьем: Уэкслер держал окурок сигары в углу рта.

— Да. — Пенни поставил ЭКР-1 и протянул руку. Ее проигнорировали.

Уэкслер закрыл за Пенни дверь и пошел впереди, клонясь от пояса, как боксер, только что вскочивший с табуретки на гонг, на нем был махровый халат и тапки со стоптанными задниками — стены темного узкого коридора были увешаны первыми страницами газет, пожелтевшими от времени. Пенни успел разглядеть несколько заголовков. «Похищение Линдберга», «Крах на Уолл-стрит, 1929», «Капоне посадили за неуплату налогов», «На Японию сброшена атомная бомба», «Кеннеди убит в Далласе», «Никсон подает в отставку». История.

Чуть не доходя лестницы, ведущей на второй этаж, Уэкслер свернул направо, в большую, с высоким потолком гостиную, из которой он сделал рабочий кабинет. Все так же игнорируя Пенни, старый газетчик пересек комнату, уселся за старинный, девятнадцатого века ореховый стол и поднял трубку звонящего телефона. Пенни стал искать себе стул, что оказалось не легко. Комната выглядела разгромленной. Живописно получалось, но на вид разгром. Стулья и столы завалены книгами, газетами, папками, пресс-релизами. Телефон звонил без перерыва, огоньки на четырех его кнопках постоянно мигали. Как ни странно, Пенни комната понравилась. Судя по всему, Уэкслер завершил круг, вернулся к тому, с чего начал — газетчик, один на один с миром в поисках правды.

Уэкслер собрал газеты и фотографии времен убийства Линкольна. Фото повешения заговорщиков в Форт Мак-Нэйр на юго-западе штата Вашингтон. Фото и чертежи театра Форда на Десятой улице, где стреляли в Линкольна, фото дома Петерсена через улицу, где он умер, дерринджера, который принадлежал стрелявшему в президента Буту. Почему Уэкслер собрал именно такую коллекцию? Кто знает? Одно ясно: Пенни никогда не видел более трогательной фотографии, чем умирающий Линкольн — ноги его свешиваются со слишком короткой кровати. Впечатляли также награды за журналистику, расставленные на картотеках.

Уэкслер тем временем энергично работал, печатал двумя пальцами на старенькой машинке, вел себя так, будто он в комнате один. Слева от Уэкслера стоял включенный телевизор, но старик на него даже не поглядывал.