Джулия проводит со мной почти весь учебный день, подбадривая и успокаивая, а я ухожу в себя, понимая, что очутилась в ловушке. Слова Рика не выходят из памяти. Злорадный взгляд, безумный и жесткий, готовый убить на месте, заставляет меня вздрагивать каждый раз, когда я вспоминаю эту встречу. Больше всего я боюсь смотреть в глаза Адаму. Если он поймет, что со мной что-то случилось, ему будет грозить смертельная опасность.

На гонках они сверлили друг друга взглядом, оба безумные и готовые пойти на что угодно, чтобы добиться цели. Видимо, проигрыш в гонках только подстегнул Рика, и теперь он желает возмездия.

Глава 39

Холодный дождь

С чего начинается любовь? Когда ты ощущаешь это ноющее чувство в душе, если его нет рядом? И почему так сложно не сойти с ума от каждого прикосновения? Самое забавное, что ты никогда не найдешь точку отсчета.

Любовь начинается со взгляда.

Студенты оборачиваются, когда дверь столовой открывается, и внутрь проходят Адам со Стивом и Алексом. Их глаза, как стеклянные осколки, без единой эмоции. Парни находятся мыслями где-то очень далеко, и по лицу Кинга ясно: он тоже чем-то озабочен. Парень сжимает скулы, птица пролетает над его подбородком, поглаживая щеку с легкой щетиной.

Сидящие за столиками девушки улыбаются, перешептываясь и кидая недвусмысленные взгляды вслед парням, но ни один мускул на лицах тройки не напрягается. Эти парни сильно выделяются из толпы обычных учащихся. Расписанные статуи с идеальными, подтянутыми телами. Они не могут не привлекать к себе внимания. Кто-то их ненавидит, кто-то восхищается ими, кто-то тайно завидует.

Мы с Джулией замираем, когда ребята устремляются к нашему столу, и на лице Кинга появляется легкая улыбка, едва наши взгляды встречаются.

Они присаживаются. Мраморные лица смягчаются, а стеклянные глаза возвращаются обратно в реальность.

– Приятного, – бросает Кинг.

– Спасибо, – в унисон отвечаем с подругой.

– Эми, оставишь мне ключи от гаража? – спрашивает Стив, поглядев почему-то на Джули. – Я починю твою старушку.

– А я никуда сегодня не собираюсь, так что сама тебе открою.

Адам покачивает головой, и я вопросительно вскидываю брови.

– Дай ему ключи. – Чеширская улыбка ползет вверх. – Сегодня ты останешься у меня.

Джулия расплывается в счастливой улыбке, и я легонько толкаю ее под столом. Черт меня дернул рассказать ей, что у нас все произошло. Подруга была в таком восторге, что визжала минуты три, вгоняя меня в краску.

Я достаю из сумки ключи и отдаю их Стиву. Он начинает крутить их на пальце, обнажая белоснежную улыбку.

– Скажите, доктор, – шучу я, – у нее есть шансы?

Алекс издает смешок и, хлопая брата по плечу, говорит:

– Стив любое железо заставит двигаться, не переживай.

После этой фразы он поворачивается к Джулии, но подруга смущенно отворачивается и принимается терзать вилкой свой чизкейк.

– Я пришел за тобой, – говорит Кинг и встает из-за стола. – Пошли, мы опаздываем на пару.

Я собираюсь отнести поднос, но чья-то рука хватает меня под локоть, и Адам выводит меня из столовой, не обращая внимания на женские взгляды.

– К чему такая спешка? – интересуюсь я, стараясь поспеть за ним.

– Чем быстрее закончится пара, тем быстрее мы окажемся дома, – мурлычет Кинг, немного сбавляя шаг.

Не могу сдержать довольной улыбки и решаю немного поиграть с ним.

– Чем займемся? – невинно шепчу я.

– Фильм посмотрим, – сухо отрезает Адам.

Мы заходим в аудиторию и садимся за последний ряд. Демон внутри меня ликует, когда Адам изучает мои голые ножки, и во мне вспыхивает азарт. Я кладу ногу на ногу, поправляю юбку и записываю конспект, ощущая на себе прожигающий взгляд Кинга. Он замирает, каждая мышца на его теле напрягается, но я стараюсь не обращать на это внимания, в то время как внутри разгорается пожар. Мы сидим за закрытыми партами, так что никто не видит, как рука Адама ложится мне на коленку.

– Что ты делаешь? – ахаю я, пытаясь убрать его ладонь.

– Тише. – Пальцы Адама касаются моего кружевного белья.

Его губы сжимаются в тонкую полоску. Он поглаживает меня, я впиваюсь пальцами в край парты, а предательское тело само раздвигает ножки, разгоняя пульс.

– Адам, – шепчу я, глубоко дыша, – прекрати, пожалуйста.

– Нет.

– Мисс Грин, – слышу голос преподавателя, – перечислите нам основные познавательные способности, которые выделял Кант.

Ерзаю на стуле, но Кинг не убирает руку с чувствительного места, продолжая ласки.

– Чувственность, – отвечаю я, пытаясь говорить спокойно, и замечаю довольную улыбку Адама, – рассудок и разум.

– Спасибо, мисс Грин.

Я облегченно выдыхаю. Адам убирает руку и тихо смеется, а мне в эту секунду хочется провалиться сквозь землю.