Читаем Дельта полностью

Уллик кивнул и тут, поперхнувшись, начал неудержимо блевать. Подоспевший Найл заглянул в зев фунгуса. Черная, жирно лоснящаяся масса, напоминающая формой огромного слизня, все еще судорожно сокращалась. От нее разило типичным для Дельты зловонием. Нижний конец кокона, все еще шевелящийся, оставлял на траве сгустки зеленоватой слизи, но опасности уже не представлял.

Уллик, минут десять полежав на траве вниз лицом, нашел в себе силы подняться. Медленным, нетвердым шагом он ступил под крону иудина дерева и сел, откинувшись спиной на ствол, прикрыв глаза. Через пару минут снова их открыл.

– Что-то не действует.

Найл взглянул вверх, на ветви; действительно, ни шороха.

– Наверное, температура здесь слишком низкая. Симеон покачал головой.

– Если б так, дерево бы здесь не росло. Изголодалось бы и зачахло, – пробравшись к Уллику и опустившись рядом, он брезгливо сморщился. – Помыться б тебе как следует, парень. – И тут же, с просветленным видом:

– Ну конечно! Станет оно на тебя набрасываться: ты же весь в этой гадости!

– Там внизу ручей! – послышался голос Милона.

С его помощью Уллик шаткой поступью пустился по склону. Стянув с себя одежду, он кинулся в воду, доходящую до пояса. Когда минут через пять выбрался на берег, Милон вручил ему свежую тунику, которую хранил про запас; она была желтая и вызывающе яркая, но все же выгодно отличалась от прежнего одеяния, которое начинало уже отвердевать от вязкой слизи. Когда Уллик уселся под иудино дерево во второй раз, ветви чуть содрогнулись и начали медленно клониться.

Тогда под крону к Уллику забрались все остальные, и Найл вновь ощутил нечто прекрасное, свежащее. Но почуяв пряный запах неизвестного газа, Найл открыл глаза и обнаружил, что ветви уже касаются земли. Он потряс за плечо Доггинза, сидящего возле.

– Пора выбираться, пока нас не проглотили.

Люди с неохотой выбрались из зеленого шатра. Некоторые из ветвей сделали вялую попытку пристать к коже, но их легко отмахнули в сторону. Дерево, очевидно, промышляло тем, что вводило добычу в полное оцепенение, после чего та не теряла способность сопротивляться.

Усталость исчезла, но мышцы ног болели после долгого подъема.

– У тебя хватает сил идти дальше? – озабоченно спросил Найл Уллика.

– Похоже, да, – неохотно, тихим голосом отозвался тот.

– Через пару часов стемнеет, – заметил Симеон. – Пора бы уже подыскивать место под ночлег.

Взгромоздив на спины мешки, маленький отряд тронулся дальше по холмистой гряде. Шли, не отрывая взгляда от петляющей впереди тропы: у каждого перед глазами стоял потрясший воображение черный фунгус. Когда прошли еще с полмили, Симеон остановился и указал на травянистую проплешину на склоне очередной ложбины.

– Глянь-ка, вон еще один.

Сначала они не поняли, о чем он. Затем Найл не без труда, но различил размытое землистое пятно среди синих брызг маргариток.

– Ты уверен?

– Абсолютно. Вглядись как следует.

Осторожно, бочком они подобрались ближе. Доггинз держал наготове жнец. Содрогнувшись от ужаса, Найл понял, что за ними следят: то, что казалось белесоватыми пятнышками, на самом деле было глазами, напряженно сужающимися по мере того, как они приближались.

Доггинз с отвращением сплюнул.

– Порешу его.

Тонкий стеклянистый прутик призрачного пламени аккуратно чиркнул по землянистому пятну. Раздалось едкое шипение, как при утечке газа. Все инстинктивно отпрянули назад одновременно с тем, как фунгус, взмахнув щупальцами, вырвался из-под земли. В нос ударил несносный смрад. Луч жнеца, распластав тварь надвое, лишь усилил зловоние. Люди поспешили прочь, горелая плоть существа вызывала тошноту.

– Стойте! – рявкнул вдруг Симеон. Все застыли как вкопанные. – Вы же несетесь, не глядя под ноги! А если бы одно из этих созданий караулило на дороге? Или жить надоело?

Он гневно сверкнул глазами на Доггинза:

– Стрелять нужно только тогда, когда уже явно нет иного выхода!

Доггинз чуть потупился, сознавая вину.

– Извиняюсь. Я просто думал, земле будет легче, если одним таким гадом меньше будет. Симеон пожал плечами.

– Это ты так решил. И решение твое нельзя назвать правильным, если оно лишает нас рассудка и осторожности. Впредь давайте двигаться без суеты и внимательно следить за дорогой.

Дневной свет начинал уже таять. Когда через полчаса выбрались на другую поляну, оказалось, что солнце уже коснулось вершин западных холмов.

Уллик прислонился спиной к дереву.

– Нам еще долго идти? Я очень устал. Лицо у него было бледным, на лбу испарина. Доггинз поглядел на Симеона.

– Что скажешь? Мы можем разбить лагерь прямо здесь? Симеон пристально оглядел землю.

– Думаю, здесь безопасно.