Читаем Дело о красном виноделе полностью

– Друзья, это не слух. Действительно, сегодня ночью умер Вадим Салтыков. Я уже отправил своих молодцев разобраться… Но, по-моему, там всё просто. Несчастный случай, не рассчитал свои силы во время романтического ужина… или после него. Бабы и алкоголь, они же такие…

– Ха-ха! – неуместно засмеялся Мартын, поняв это, он успокоился. – Извините, переборщил.

Я сложил руки на груди:

– Андрей Иванович, а мы всё же съездим, посмотрим, что да как. Не каждый день бояре умирают, Князь спрашивать будет… Так, что лучше всё проверить несколько раз.

– Ну, вам видней. Всего хорошего. – Стрелец хотел только начать удаляться, как опомнился: – Ах, да увидите Жуева, передайте ему, что я его как сидо…

Чернопятов не успел передать нам целиком всё послание, как кто-то чихнул за большой кадкой с кустом в торце коридора, неподалеку от места нашего разговора. Дворянин молча проследовал туда, заглянул, довольно ухмыльнулся и вытянул, откуда за ухо упоминаемого дьяка:

– Вот, где ты паразит прячешься! Подслушиваешь, значит?

– Да я… Это… Тут… Ваше  Высокоблагородие, я… – писклявым голосом пытался оправдаться Жуев.

– Что ты там мямлишь? Пшёл вон!!! – Коллежский советник пнул его под мягкое место, придав ускорение в сторону лестницы. – Марш в свой архив!!!

Мы молча наблюдали за данным действом. Чернопятов, оправив красный мундир и попрощавшись с нами, медленно удалился.

***

Боярское семейство Салтыковых жило в отдельном тереме недалеко от центра города. Неудивительно, почти все бояре и большинство дворян живут в здесь, только некоторые, любящие покой, постоянно живут за городом в своих резиденциях. В Энске в этом же районе, в основном коммерческие организации, банки, рестораны. Конечно, в части домиках народ всё-таки живет, но насколько я понимаю, жильё они получили по наследству. Впрочем, в Ягодове то же, попробуй купить небольшой особнячок в центре!

Около кованых ворот стоял стрелецкий экипаж, значит "коллеги" уже работают, как и предупреждал Чернопятов. Кроме того, неподалеку ошивались несколько зевак. Как только я, Елена и Мартын (естественно в человеческом обличии, нечего честной народ пугать) вошли во двор, к нам сразу же подбежал один из стрельцов:

– Граждане, здесь проводятся следственные мероприятия, посторонних прошу удалиться.

– А мы не посторонние. – Я достал из пиджака удостоверение и показал его стрельцу, – следователь Приказа тайных дел Фиалковский.

Елена и Мартын то же показали документы. Стрелец подтянул ремень, оправил китель и предложил пройти в дом:

– Извините, а что разве ваш Приказ будет заниматься этим делом? – Его вопрос остался без ответа. Сейчас разберемся, кто будет этим заниматься.

Нас проводили на второй этаж в спальню Вадима Салтыкова. К такой комнате понятие "спальня" не очень подходит, скорее это опочивальня. В центре комнаты находилась огромная кровать с балдахином, наверное, человека на четыре. Рядом диванчик, обитый бархатом. Перед ним небольшой, всего лишь метра полтора в длину (по сравнению с кроватью, он реально маленький), столик. А на нём сюрприз! Початая бутылка красного вина, два бокала на причудливых ножках, большое блюдо с фруктами, виноград, яблоки, груши, даже два апельсина. Прям романтический ужин.

Ага! Это, похоже, наш объект интереса, даже два объекта. Одно тело, мужское, лежало поперек кровати, голова и одна рука были свешены на пол. На вид лет тридцать, хорошая ухоженная кожа, но чего ждать иного? Он же боярин. Так, второе тело принадлежит женщине… лежит на боку, держится на горло, около двадцати лет, светлые русые волосы, приятное лицо.

Елена Премудрая сразу же стала осматривать тела, кроме того, что она занимается изучение ядовитых и наркотических веществ, она в совершенстве знает медицину. В углу комнаты стрелецкий следователь заполнял протокол. Наше присутствие его нисколько не напрягло.

– Что здесь случилось? – я обратился к пишущему человеку.

– Кхм, а вы собственно кто? – так же, не поднимая глаз, спросил стрелец. Неужели всё-таки нас заметил! Какая расторопность! А мы-то всего лишь уже быстро осмотрели всё помещение.

– Приказ тайных дел пожаловал, – сказал, заглянувший в спальню стрелец, встретивший нас на улице.

– Понятно… – безразлично ответил мужчина, всё ещё заполнявший бумагу.

Я подошёл к нему почти вплотную помахал перед ним руками, но он всё так же смотрел в протокол. Спустя минуту он меланхолично спросил:

– Господа опричники, что желают?

– Да, я повторяю свой вопрос, что здесь случилось?

Сделав шумный глубокий вдох и выдох, он ответил:

– Сами не видите… Несчастный случай. Неудавшийся, кхм… вечер закончился отравлением. Постоянно же говорим: чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью…

– Понятно… – задумчиво произнес я, ничего так здесь живет элита, на полу паркет, стены отделаны деревом, люстры позолоченные.

– Бегом лекаря сюда! – неожиданно крикнула Елена, стоящая над потерпевшей. – Она ещё жива, пульс еле прощупывается.