Читаем Дело Гермионы полностью

Дамблдор: К счастью, Флетчер был не в курсе основных операций Ордена, так что нам не придётся срочно все сворачивать и переделывать. Но работу с криминальной средой и наблюдение придётся свернуть.

Дож: Зачем это вообще нужно было?

Дамблдор: Зная, что купили Пожиратели, можно было строить прогнозы. Обычные ингредиенты они могли надёргать где угодно, простые вещи наколдовать, так что интересовали и интересуют их специфические снадобья. Достаточно мощные темномагические артефакты. А также препараты, которые ввозятся из-за границы и здесь не изготавливаются. По составу и количеству купленного можно было хоть чуть-чуть, но заглянуть в планы Пожирателей.

МакГонагалл (недоумевающе): Разве Северус не докладывает о планах?

Дамблдор (улыбается): Ему поручено особое задание. Проникнуть в Хогвартс и убить меня, а потом Гарри Поттера.

МакГонагалл: А не наоборот? Разве его не интересует в первую очередь Гарри Поттер?

Дамблдор (задумчиво): Увы, все точно. Мой расчёт на интерес Волдеморта к Поттеру не оправдался. Конечно, интерес у него есть, но не настолько всепоглощающий, как должен был бы быть. Не знаю, что изменилось, но Гарри Поттер уже не цель номер один для Волдеморта. Конечно, он охотно убьёт Гарри… но не сам, а руками своих слуг.

Шеклболт: Надо полагать, Поттер оставлен на закуску. Вначале он собирается разобраться с Министерством, а уже потом, не спеша скушать Гарри. Это объясняет такую вялую реакцию на выступления Поттера. Смысл реагировать, если собираешься захватить Министерство?

Артур Уизли (энергично): Реакция от выступлений Гарри есть! Люди помогают Министерству!

Шеклболт: Да я про другое, Артур! Вот, и года не прошло, как Министерство объявило Альбуса преступником. И все бурно верили. Потом Министра и дементоров объявили преступниками, и все опять бурно поверили. Если завтра Пожиратели захватят власть в Министерстве, и скажут, что Орден Феникса — преступники, а Гарри Поттер врёт, и никакого Тёмного Лорда не побеждал, угадайте что будет?

Артур Уизли (неуверенно): Все опять поверят? Но это же не так! Мы же знаем, что это неправда!