Читаем Дело Гермионы полностью

Но вот в зал вошла сама Министр Магии, Амелия Боунс, и заседание началось.

Вначале секретарь суда встал и огласил список того, что вменялось в вину Долохову. Одного Пожирательства, согласно новым законам, хватило бы на смертный приговор, но дело не ограничилось только этим. Один из Авроров, стоявших позади Долохова, закатал рукав, демонстрируя Метку на левой руке. Также, помимо этого, Долохову в вину ставились многочисленные убийства, пытки, нападения на мирных магов и магглов, грабёж и укрывательство преступников. А также неподчинение указам Министерства.

— В связи с этим, — продолжал зачитывать секретарь.

— Идите вы все нахуй! — перебил его Долохов. — И там как следует потряситесь от страха перед моим господином! Уже скоро вы все будете лизать ему пятки!

— Также в связи с тем, что обвиняемый был застигнут на месте преступления, он приговаривается к отсроченной смертной казни.

— Ну, пока смерть не наступила, можете что-нибудь проблеять, — усмехнулся Долохов.

— Антонин, — встала мадам Боунс, — сейчас тебя подвергнут пыткам, пока ты не расскажешь нам всё, что знаешь об остальных Пожирателях и твоём хозяине. Тебя будут поить зельями, пытать, подвергать Легилименции, пока ты не расскажешь все! У тебя ещё есть последний шанс рассказать все добровольно, и…

— Умереть, не так ли?

— Умереть без пыток, бескровно, — подчеркнула Министр.

— Дайте подумать, — Долохов сделал вид, что размышляет. — Да, я согласен, но с одним условием.

— Каким?

— Сейчас вы, госпожа, — это слово Антонин произнёс с особой издёвкой, — Министр снимете с меня штаны и поцелуете в жопу, при всех. Тогда я может и расскажу вам, а может и не расскажу.

— Увести его! Привести приговор в исполнение! — устало махнула рукой Амелия.

Судьи и зрители, качая головами, разошлись, и в зале заседаний остались только сама Боунс, парнишка-секретарь, переписывавший набело протокол, и Альбус Дамблдор. Директор Хогвартса подошёл и присел рядом с Амелией, молча. Видно было, что он тоже устал и как-то постарел, не физически, а скорее морально.

— Говори уже, — не выдержала Амелия пятиминутной паузы. — Или ты пришёл помолчать?

— Поддержать друга молчанием всегда полезно, — ответил Дамблдор. — Но я все же пришёл поговорить о делах.

Амелия взглядом указала на секретаря, Дамблдор слегка повёл рукой.

— Извини, Амелия, но ты постоянно в делах, а поговорить надо.

— Мог бы прислать сову, Альбус, или своего феникса!

— Не уверен в надёжности почты, — просто ответил Дамблдор. — Вот в своих щитах уверен, а в вашем Министерстве нет. Кто-то передаёт информацию Волдеморту.