Читаем Дело Гермионы полностью

Заходим с Мигелем. Как ни странно — хлопают. Не так яростно, как Виктору Краму и не так возбуждённо, как Флёр Делакур, но хлопают! Или это, потому что толпа уже разогрелась? Идём. Все разнаряженные, лица сливаются в единую полосу, общая атмосфера шумного возбуждения бьёт по ушам и мозгам. Смотрю поверх голов, мысленно перебирая законы термодинамики и следствия из них. Позволяет чем-то занять мозг, не думать о бабах, ну и дополнительный мысленный щит, диадема новая, в деле ещё не опробована.

— Открывающий Святочный Бал танец Чемпионов!

Не знаю, кто там орёт, но атмосферу первого испытания хорошо передаёт. В смысле там также орали дурниной. Акустика в зале отличная, и оркестр уже урезает местную разновидность вальса. Мигель серьёзен и старательно играет в «настоящего идальго». Начинаем кружиться, перехожу в «режим тренировки». В смысле, похер, что все смотрят, у меня тренировка и все тут. Очень помогает не отвлекаться на взгляды и не думать, что кто-то пялится.

Невольно иронизирую в свой адрес, мол, как низко я пал, танцую с парнем у всех на виду, да ещё и в платье!

Мысли, конечно же, опять соскальзывают на девушек, и улавливаемые краем глаза картинки кружащейся Флёр, только способствуют. Надо как-то отвлечься, и в ход идёт старинный рецепт. Не бабы, так политика, хех.

— Скажи, Мигель, а почему ты не поехал в Шармбатон, он же ближе?

— Подраться люблю, — бесхитростно отвечает он. — В Дурмштранге с этим самый смак, всегда можно с кем-нибудь схлестнуться. Опять же, Балы всякие… и вовсе не в том смысле! Не надо делать такого страшного лица! Ещё говорят, что парни озабоченные!

Хммм, а парнишка не дурак. Нас никто не слышит, и на лице он старательно удерживает подобающее выражение. Вроде как ведём скучную светскую беседу. Словам его оное выражение совсем не соответствует, такого без тренировок не добиться.

— После твоего приглашения меня раз десять вызвали на дуэль, — изображает улыбку. — Отвёл душу!

— У магов есть душа? Разве церковь не отрицает магию?

— На этот счёт существуют различные мнения, — Мигель вполне серьёзен. — Но об этом тебе лучше поговорить с моим дядей, он всерьёз исследовал все эти вопросы, и когда начинает философствовать о разнице между светом и тьмой, у меня возникает сильнейшее желание выпрыгнуть в окно.

— Не слишком привлекательная характеристика, — усмехаюсь.

— Как и вся эта философская заумь, — кивает.

— И чтобы поговорить с ним, надо приехать к тебе в гости?

Мигель широко улыбается, мол, так оно и есть, но молчит. Ладно, не буду развивать тему, всё равно оно того не стоит. Но как возможный путь отступления — вполне. Вот только цена за вход, какой она будет? Испанец ничего не говорит, да и мадам Максим упирала исключительно на плюсы, но бесплатный сыр в мышеловке только для второй мыши. И, если бежать, то не в одиночку, что автоматически поднимет цену входного билета.

Но любая возможность всегда в кассу, даже если ты не соберёшься её использовать.

Тем временем танец заканчивается, школьники чего-то там орут, хлопают. Забыл программу Бала посмотреть, но теперь, надо полагать, официальные лица толкнут пару речей, поздравят всех со знаменательным событием, и мы перейдём к основной части. Несколько часов еды, танцев и разгорячённых подростков по углам. Потом ещё какая-нибудь речь-напутствие, закрывающий танец и все. Ускользнуть не получится, равно как и сачкануть с танцами.

Дипломатический протокол, мать его. Лицо, понимаешь, Хогвартса, лучше бы Тонкс выставили.

Эх, какой был сладостно-упоительный план вполне официально потискать задницу Тонкс под личиной! Однако же, после долгих и зрелых размышлений, пришлось отказаться, слишком уж велики оказались сопутствующие риски. Вообще, этот вопрос с личной жизнью может оказаться самой большой миной и ловушкой из попавшихся мне. Причём, как и положено, эту мину и ловушку я сам себе организую, чтобы потом героически преодолеть.

Разумеется, если не держать себя в руках.

Но все же удар от Флёр как будто что-то надломил в мозгах. Частота представления картинок и роликов с девушками начала возрастать, и более того, однажды поймал себя на том, что обдумываю, как бы все так организовать, чтобы, перефразируя народную мудрость, и сиськи помять, и не попасться.

Тут тем более надо вдвойне держать себя в руках, но надлом потихоньку расширяется.

Потом, как и предполагалось, директор Дурмштранга толкает короткую речь, какие мы все молодцы, что так классно собрались на Турнир. Вполне так живенько говорит, с энтузиазмом, а то бывают лекторы, у которых не поймёшь, то ли выступает, то ли засыпает. Школьники хлопают, по залу летают украшения, и хорошо, что фейерверков никто не принёс! Не слишком вникал в местные дисциплинарные дела, так что может быть всякое: или в Хоге слишком вольные порядки, или здесь слишком жёсткие, или и то, и другое. А может, просто местным хулиганам мягко намекнули на границы, которые не стоит переходить.

Вообще, вопрос интересный: как поддерживают дисциплину в других школах?