Читаем Деконструктор полностью

Но пока она таким наглядным способом предаётся своим размышлениям, в свои права вступает субъективная реальность, рождённая скорей всего взглядом Реконструктора, и, присутствующие на Алисе в виде обрамления её статности и длины ног короткие виды одежды, начинают тяготиться таким своим зависимым положением. Так её юбка, которую уже давно достали все эти трения с Алисиными ногами, почувствовав поддержку во внешнем давлении на себя, начала постепенно закатываться в противоположную от Алисиных ног сторону.

Что, по всей видимости, замечается Алисой и она, оставив в покое свои волосы, пускает в ход свои руки, которые скорей всего, должны остановить эту задиристость своей юбки. Но если юбку Алисе удаётся удержать в рамках приличий, то вырвавшаяся из под пояса юбки блузка, с первых своих прорывных шагов, берёт и раскрывает маленький висящий в виде серёжки на её пупке секрет. Правда, это такой секрет, который хочется, чтобы он не был секретом. И Алиса не слишком, в отличие от этих наблюдателей напротив, взволнована раскрытием этого секрета, который так притягательно сверкает своим камушком в этой звёздочке. Между тем дальнейшее движение блузки, уже грозит ей прикрытием своего лица. Что, конечно, недопустимо и Алиса, освободив одну руку, берётся ею за эту строптивую блузку. Ну а она, скотина такая, проявляя недовольство, принялась отрывать от себя пуговицы и кидать их прямо в лицо Алисы, пытаясь таким способом разориентировать её, и пока Алиса щурится, попытаться вырваться на свободу.

И вот уже кажется, что противостояние Алисы с субъективными, действующими на неё силами, которые несёт в себе взгляд Реконструктора, подходит к своему логическому финалу – проигрышу Алисы, как вдруг она резко оставляет себя в покое и полным страдания взглядом смотрит на Реконструктора. Реконструктор же в свою очередь не выдерживает этого направленного на него взгляда, и со словами: « Это запрещённый приём», – отворачивается от неё к Детективу. На что Детектив вынужден реагировать и отвлечься на повернувшегося к нему Реконструктора. Где тот к его удивлению чуть ли не смеётся.

– Она опять меня перехитрила. – Говорит Реконструктор Детективу и, не дожидаясь ответной реакции, вновь возвращается на свою прежнюю наблюдательную позицию. Правда, стоило им только повернуться обратно, то, как видит Детектив и скорей всего и Реконструктор, перед ними предстаёт прежняя, не перевёрнутая картина. Где всё вновь находится на своих местах, и только Алиса, как кажется Детективу, уголками глаз хитро улыбается им.

– На этом демонстрационном примере, ты мог, так сказать, увидеть принцип действия направленных в одну точку суммарных векторных сил, состоящих из объективной реальности и второй, тобою направленной на эту реальность субъективной силы (максимы). Которые сойдясь в этой точке приложения векторных сил, и образовали ситуационную модель необъективной реальности. – Взяв слово, Реконструктор принялся объяснять Детективу то, что, по его мнению, сейчас произошло.

– Объективная реальность, создавая себя, всё вокруг себя подчиняет действию закона всемирного тяготения, ты же, как субъект своего права, со своей точкой зрения отталкиваясь на свои чувства, в зависимости от той или иной ситуации, прикладываешь к этой реальности свой вектор сил. Ну а от всего этого приложения и получается та или иная картинка видимости тобою жизни. Так в нашем случае, твоё и так уж и быть, моё – нетерпение и создало подобную фантазию с Алисой. – Резюмировал Реконструктор.

– Так это мне всё привиделось. – С нотками разочарования проговорил Детектив.

– Я бы не спешил с выводами. Да и не хочу повторяться, заявляя вслед за всеми столь умными киногероями, это извечное, уже набившее оскомину, не пойми что за доказательство: кто знает, где грань между реальностью и фантазией. Так что, когда сам разберёшься в этом (а я вот, до сих пор нахожусь на грани), то тогда будешь делать выводы. – Как-то даже зло переговорил Детектива Реконструктор. Но видимо Реконструктор всего лишь только вспыльчивый человек и он тут же улыбается, и уже вполне себе мирно возвращается к не законченному разговору.

– Ну так что, какой из всего этого можно сделать дальновидный, а не сумрачный вывод? – риторически спросил Реконструктор. – А такой. Если нашу максиму-субъективность изменить (что всё же до конца – до отсутствия чувств, невозможно сделать), или хотя бы сместить акценты на отстранённость и применить другие подходы к окружающему миру, то и сам мир будет виден нами по другому и с иных точек зрения. Что же касается самих наших чувств, то это такие ниточки, дёргая за которые можно легко управлять нами. Что, между прочим, есть большой секрет. – Нагнувшись к уху Детектива, прошептал ему Рекунструктор.