Читаем Деконструктор полностью

– А ты чего, ослеп уже, и не видишь! – Отчего, скорей всего рослый тип на мгновение оторопеет и если успеть воспользоваться этим моментом, то, пожалуй, можно и убежать. Но видимо полотёр выбрал для себя третий путь, где он молча глазел на этого типа (хотя всё же он иногда бросал трагичные взгляды по сторонам, скорее всего в поиске возможных недочётов в своей работе, которые так расстроили этого рослого типа; что говорит о большой дисциплинированности и ответственности полотёра. Тогда не совсем понятно, к чему привязался этот тип) и, краснея от недостатка поступления кислорода, выжидал, когда уже можно будет непритворяться мёртвым, а им быть.

– Ну, что молчишь? – недождавшись ответа на свой первый вопрос, рослый тип хорошенько тряхнул полотёра, видимо, с помощью наводящих вопросов собираясь приблизить того к правильному ответу или к развязке этого, скорее монолога, нежели диалога. При этом рослый тип, скорей всего решил просто сорвать своё плохое настроение на этом мелком служащем, раз всем и ему скорей всего, понятно, почему полотёр молчит. О чём видимо и захотел напомнить рослому типу Детектив, всем своим видом показывая, что он терпеть больше не будет и сейчас же вмешается в ход этой дискуссии.

Правда Детектив, как человек здесь новый, ещё не знает всех местных правил, где может быть руководящее звено компании, прежде чем сесть за обеденный стол, таким демонстративным образом вытирает свои руки об полотёров, в чьи обязанности, как раз входит не пол вытирать, а собой утирать руки и нервы руководителей. И тогда становится понятным, почему полотёр молчал в ответ на эти прямые и простые вопросы рослого типа, который забыв, что общается с человеком, а не с автоматом, и вёл себя по отношению к нему, так вопросительно простодушно. Ну а раз так, то получается, что полотёр, игнорируя простой ответ рослого типа, который всего лишь поинтересовался у него, а вытер ли он свои руки об него, определённо не справляется со своими обязанностями и заслуживает наказания. К чему и приступил рослый тип, схватив полотёра за уши, с помощью которых он решил, по всей видимости, показать тому Москву-сити (пусть скажет спасибо, что ещё не Майами).

Но всё это тоже один из вероятностных вариантов, который имеет всего лишь право существовать. Ну а пока это не выяснилось, Детектив обращается за прояснениями к Реконструктору, который к удивлению Детектива, не проявляет большой заинтересованности и лишь выказывает равнодушие:

– А мы то кто такие, чтобы лезть в чужие дела. Каждый из нас индивидуальность, с правом на неприкосновенность частной жизни и значит, это не наше дело.

– Но он же его бьёт? – спросил озадаченный Детектив.

– Кто знает, может он поделом его дисциплинирует. Да и вмешавшись, мы, пожалуй, скорее навредим полотёру, чем поможем. Сам подумай. Ведь этот тип, явно находится на другой, более высокой ступеньке служебной лестницы и любое стороннее вмешательство, им будет воспринято, как подрыв его авторитета. После чего, пожалуй, полотёру, не тереть здесь больше полы. Так что, прежде чем вмешиваться, подумай, нужна ли даже такая работа полотёру, если ему другой не найти. – Реконструктор сумел-таки убедить Детектива и он, бросив прощальный свой взгляд на стоящего на носочках полотёра (всё же ему пришлось до стояться до Майами), проследовал вслед за Реконструктором.

Ну а там им долго уже не пришлось идти, и как только они свернули в первый же встречный коридор, то тут же наткнулись на дверь, табличка на которой говорила о том, что они пришли к цели. Но Реконструктор, хоть и взялся за ручку двери, вновь не спешит её раскрыть, а изучающе посмотрев на Детектива, к удивлению последнего, задался не относящимся к месту и цели прихода вопросом:

– А вот скажи мне, какое ты любишь кино? – Ну а когда спрашивают о чём-то не относящемуся к делу, хотя и дел особенных не было, но так, с бухты барахты, то в первую очередь уже сам задаёшься вопросом, а к чему бы это он об этом спросил. Когда можно было, к примеру, спросить: «А какую ты кухню любишь?», – что было бы понятно, к месту и по делу. А тут его кино интересует. Или может быть, у них там, в зале, всё поделено на специальные зоны, где в одной, у экрана телевизора размещаются любители боевиков и острой пищи, в другой – любители гангстерских фильмов и значит спагетти, далее фанаты ужастиков – вегетарианцы, ну и так далее.

И Детектив, наверное, спросил бы Реконструктора обо всём этом, но он не спросил. А уже зная, что в данном случае нормального ответа не дождаться и будет лучше – сказать первое, что на ум придёт.

– Про супергероев. – Ответил Детектив, вспомнив разговор с Реконструктором о нечто таком похожем.