Читаем Действующие лица полностью

Прогулки по косе с отсутствующим видом,Спряжение своих неправильных знакомых,Катанье на пустой двухсотлитровой бочкеИ худший преферанс из тех, что я играл.Насторожённый слух – гудит? – но это ветер,Усталые глаза – летит? – но это птица…Тяжёлая, как ложь, тупая неизвестность.Ждём самолёта. Дни похожи, как рабы.Кругом не видно птиц – нелётная погода,Свинцовый небосвод сулит Атланту грыжуИ длинный-длинный дождь в сто тысяч километров…Ждём самолёта. Бог играет на трубе.Всегда чего-то ждёшь: победы или смерти,Субботы или сна, свиданья, дня рожденья.Гуляешь вдоль витрин или сидишь на стулеИ смотришь на часы, в окно или в глаза.И нету никого, и время истекает,На мельнице скрипят тяжёлые колёса,И сонная река – Агапа или Лета.Ждём самолёта. Пьют и не хотят лететь.Весь мир про нас забыл, как будто мы китайцы,Как будто мы – пустяк от полумиллиарда.Пять доблестных мужчин – мужей и сослуживцев —Ждём самолёта. Речь становится темней.Но так уж повелось: в момент его прилётаВсё мелкое простить, и весело грузиться,И глубоко курить и, тыкаясь в окошки,Планету обсуждать, плывущую внизу.Всему приходит срок! В любом заштатном клубеМы сможем дать концерт квинтета оптимистов,А в письмах всё наврём, оставив только даты.Ждём… Самый молодой пытается взлететь.1968

Полевое чтение в ненастную погоду

(р. Надым)

Хоть каплю радости. Три капли перед сном.Хоть ложку мёда к утреннему дёгтю.Ещё один журнал перелистнём —Очередной кошмар расправит когти:Усталый секс, докучливый разбой,И ни кусочка радости, прощаясь.Как ржавый винт с испорченной резьбой,В своем собачьем спальнике вращаюсь.Придумать радость, кажется, пустяк:Беспечный стих с запутанной концовкой,Кусочек солнца, стойка на кистях,Ушибы замалюем марганцовкой,Напишем струйкой на песке «дурак»,В цветах жуки, под каждым камнем тайны…Темно. Погода – дрянь. Палатка – брак.Воспоминанья сумрачно детальны.Сыреют спички. Плесневеет снедь.В романах психи, плуты, проститутки.Всё можно сочинить: любовь и смерть.И только радость не придумать. Дудки.

По грибы

(р. Худосей)

Перейти на страницу:

Все книги серии Петроградская сторона

Плывун
Плывун

Роман «Плывун» стал последним законченным произведением Александра Житинского. В этой книге оказалась с абсолютной точностью предсказана вся русская общественная, политическая и культурная ситуация ближайших лет, вплоть до религиозной розни. «Плывун» — лирическая проза удивительной силы, грустная, точная, в лучших традициях петербургской притчевой фантастики.В издание включены также стихи Александра Житинского, которые он писал в молодости, потом — изредка — на протяжении всей жизни, но печатать отказывался, потому что поэтом себя не считал. Между тем многие критики замечали, что именно в стихах он по-настоящему раскрылся, рассказав, может быть, самое главное о мечтах, отчаянии и мучительном перерождении шестидесятников. Стихи Житинского — его тайный дневник, не имеющий себе равных по исповедальности и трезвости.

Александр Николаевич Житинский

Поэзия / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Стихи и поэзия
Действующие лица
Действующие лица

Книга стихов «Действующие лица» состоит из семи частей или – если угодно – глав, примерно равных по объёму.В первой части – «Соцветья молодости дальней» – стихи, написанные преимущественно в 60-70-х годах прошлого столетия. Вторая часть – «Полевой сезон» – посвящена годам, отданным геологии. «Циклотрон» – несколько весьма разнохарактерных групп стихов, собранных в циклы. «Девяностые» – это стихи, написанные в 90-е годы, стихи, в той или иной мере иллюстрирующие эти нервные времена. Пятая часть с несколько игривым названием «Достаточно свободные стихи про что угодно» состоит только из верлибров. «Сюжеты» – эта глава представлена несколькими довольно многострокими стихами-историями. И наконец, в последней главе книги – «Счастлив поневоле» – собраны стихи, написанные уже в этом тысячелетии.Автору представляется, что именно в таком обличье и состоянии книга будет выглядеть достаточно цельной и не слишком утомительной для возможного читателя.

Вячеслав Абрамович Лейкин , Дон Нигро

Драматургия / Поэзия / Пьесы

Похожие книги