Читаем Деятель полностью

Тихоня почувствовал, что опять, как при встрече с Замом, начинает отключаться. Как будто на голову кто-то наматывал тонкую тянучую пластиковую плёнку. Слой за слоем. Тихоня пытался, но не мог разорвать её и отчаянно сопротивлялся. Голос сестры не останавливался, звучал всё глуше. Её лицо заполонило собою весь мир и кроме него ничего не стало видно. «Попался!», – подумал Тихоня. В этот момент он услышал глухой вскрик и сестра перестала говорить… Потом заговорила снова, но почему-то очень быстро и непонятно. Он не мог различить слова. «На каком языке она разговаривает, интересно?» – Тихоня хотел попросить, чтобы она говорила помедленнее, что он не понимает её. Но у него не было сил повернуть язык. «Тяжёлый!» – удивлённо оценил Тихоня. – «Совсем не могу поднять!..». Его часто закачало вперёд-назад. Тихоня подумал, что началось землетрясение. Потом он понял, что куда-то едет на поезде. В купе вошёл проводник со стаканом чая и вдруг ни с того ни с сего плеснул им Тихоне в лицо. Горячий чай обжёг щёку…

– Тихоня быстрее! Просыпайся! Тихоня!

Проводник исчез. Перед ним стояла Свирель и трясла его за плечи:

– Ну, пожалуйста, Тихоня! Она сейчас очнётся! Быстрее!

Тихоня потрогал щёку.

– Это я… – виновато сказала Свирель. – Прости, пожалуйста! Я испугалась, что не разбужу тебя! Прости!

– Ты умеешь… разбудить! – недоверчиво глянув на худенькую фигуру Свирели, заметил Тихоня. Он поморгал глазами и тряхнул головой, взор прояснился. На полу лежала сестра, рядом с ней в стороне один из тренировочных ящиков…

– Это ты… Как ты его подняла?!! – не удержался от изумления Тихоня.

Ящики были разных размеров, но этот как раз из тех больших и тяжёлых, до которых девушки галантно не допускались.

Свирель обернулась и с недоумением посмотрела на ящик:

– А… не знаю… так получилось. Просто я испугалась за тебя и… он подвернулся под руку…

– Ну, да… Спасибо! – пробормотал Тихоня, растирая затылок.

– Болит? – спросила заботливо Свирель.

– Жутко, – поморщился Тихоня.

– Ничего, пройдёт. У меня тоже всегда болит, после её ухода. Надеюсь, она не успела навредить, – Свирель покосилась на лежавшую без чувств сестру.

– Я тоже… надеюсь! – сказал Тихоня, прикидывая что делать дальше. В голову ничего не приходило. Он осторожно подошёл к сестре и наклонился.

– Дышит? – спросила Свирель.

– Не вижу, – ответил Тихоня.

– Я её убила?