Читаем Деяния саксов полностью

13. По совету знатного и испытанного во всех делах благочестия мужа Фридриха ¹²⁰, преемника архиепископа Гильдеберта, Эберхард также прибыл к королю, смиренно попросил прощения и отдал себя и все свое имущество на его усмотрение. Так это великое преступление не осталось безнаказанным; король отправил его как в изгнание в город ¹²¹ Гильдесгейм . Однако немного времени спустя милость была ему благосклонно возвращена и он был восстановлен в прежнем достоинстве.

14. Между тем, когда все это происходило, старый наш враг - венгры неожиданно вторглись в Саксонию, разбили лагерь на берегу реки Бады и оттуда стали распространяться по всей области ¹²². Предводитель [венгров], выйдя из лагеря с частью войска, в тот же день к вечеру направил знамена к городу под названием Стедиербург ¹²³. Однако горожане, увидев врагов и [увидев], что они из - за дороги и из - за дождя, который был сильным, стали медлительны, смело сделали вылазку из ворот и сначала устрашили [врага] криком, а затем стремглав обрушились на противников, многих из них перебили, захватив большое число лошадей и знамен, а остальных обратили в бегство. Жители встречавшихся городов, заметив бегство [венгров], теснили их оружием со всех сторон и большую часть из них уничтожили, а самого князя, загнав в грязную яму, убили. Другая часть войска [венгров] направилась на север, но один славянин завел их хитростью в местность под названием Тримининг ¹²⁴, где [то войско] из - за трудностей этого места, окруженное вооруженными отрядами, погибло, что внушило большой страх оставшимся [венграм]. Однако предводитель этого войска с немногими [из своих воинов] бежал, но был схвачен и, доставленный к королю, сумел выкупить себя за большое вознаграждение. Когда обо всем этом стало известно, все войско врагов пришло в замешательство, они стали искать спасения в бегстве и [с тех пор] в течение тридцати ¹²⁵ лет не появлялись в Саксонии.

15. После этого Генрих, охваченный жаждой власти ¹²⁶, устроил знаменательный пир в месте под названием Саалфелд. И так как он был великим и могущественным, то со [всем] своим королевским величием и могуществом многих одарил многими [дарами] и такого рода поступком многих поэтому склонил на свою сторону. Однако было много таких, которые считали, что нужно, чтобы дело оставалось в тайне для того только, чтобы их не сочли замешанными в распре братьев. Но они дали совет, согласно которому война должна была стать легче, а именно, чтобы он оставил Саксонию под военной защитой [своих людей], а сам отправился к лотарингцам, людям невоинственной природы; и произошло так, что уже при первом нападении король одержал победу над ними и измучил одним [только] сражением. Итак, оставив, как мы сказали, по совету военных сподвижников Саксонию и передав города в Саксонии и Тюрингии под военную защиту [своих людей], Генрих с друзьями пришел в Лотарингию. Весть об этом повергла всех и повсюду в замешательство, так как причина столь неожиданного похода и столь внезапной войны точно не была известна. Король же [Оттон], когда такого рода слух дошел до него, сначала [этому] не поверил, [но] затем, выяснив состояние военных дел, немедля стал с войском преследовать брата, и когда приблизился к городу под названием Тротманн ¹²⁷, находившемуся под защитой брата, то [те], которые были там, памятуя о судьбе Танкмара, не осмелились ожидать короля в этом месте, а вышли из города и сдались королю. [Человеком], который должен был сохранить этот город в руках Генриха, был Агина ¹²⁸. Король связал его крепкой клятвой [в том], что он, если сможет, отвратит своего господина от войны к миру и согласию или сам во всяком случае вернется к королю. Итак, отпущенный [Агина] прибыл к своему господину. А войско, которое вел король [Оттон], дошло до берега реки Рейна.