Редакция С содержит также весь текст Хроники, т. е. до главы 76 книги III включительно. Она отличается от редакций А и В содержанием главы 22 книги I и главы 2 книги III. Очевидно именно эта редакция отражает заключительный этап работы, и поэтому составление ее следует отнести к 973 г. Последующие события, описанные в главах 69—76 книги III и включающие сведения о 973 г., были описаны в редакции С. Из нее впоследствии эти сведения были перенесены как дополнения в первоначальный текст, хранившийся в виде редакции В в Корвейском монастрыре.

Композиция и художественные особенности «Деяний саксов». Латинский язык оригинала. Основные черты памятника как исторического произведения

Композиция и художественные особенности «Деяний саксов», их основные черты как исторического произведения, язык, которым написан оригинал, определялись тон задачей, которую ставил перед собой автор. Все исследователи отметили двойственный характер намерений автора. В Предисловии к I книге хронист ставит перед собой задачу написать историю государей Саксонской династии[161]. В другом месте он говорит о стремлении написать историю саксонского народа, притом из главы книги I можно заключить, что под последним он имеет в виду саксонскую знать[162]. И для первой и для второй формулировок общим является то, что в основу произведения положена светская история. Особенно характерно в этом отношении противопоставление Видукиндом светской истории — агиографии[163]. Видукинд, подобно своим предшественникам — раннесредневековым хронистам других народен, в частности Григорию Турскому[164]. Беде Почтенному[165], — обращает внимание на светскую историю. Но он идет дальше, для него светская история занимает не подчиненное место по отношению к истории церкви, и, наоборот, становится главным предметом изложения.

«Деяния саксов» поэтому по своему жанру были отличны от аналогичных «национальных» историй. Двойственная задача — написание и истории государей, и истории «народа» включала разнообразие форм изложения. При этом Видукинд пользуется и античной, и средневековой традицией пр I изложении материала. В плане «истории государей» Видукинд, использовал пример Светония, с которым мог познакомиться через хорошо ему известного, как свидетельствуют «Деяния саксов», Эйнгарда[166]. Об использовании античных авторов в этом плане свидетельствует применение Видукиндом трехчленного деления описания жизни героев, что было свойственно для Плутарха и Светония. Жизнеописание героя по этой схеме состояло из: 1) описания происхождения и юности, 2) описания личности и образа жизни, 3) описания болезни, смерти, погребения героя и посмертной его славы. Видукинд воспользовался этой схемой при описании жизни саксонских государей Генриха I и Оттона I[167]. Однако биографический материал и «Деяниях саксов» подается в разрозненном виде, он носит вспомогательный, дополнительный характер.

История династии оттесняется в конечном счете на второй план, и главным становится описание «народной истории», причем под народом понимается привилегированный слой общества[168]. Некоторые исследователи обратили внимание на то, что «Деяния саксов» имеют черты эпического произведения[169]. Автор Хроники действительно, помимо античных образов, воспользовался и приемами германского героического эпоса, для которого характерен особый интерес и внутренним переживаниям героя, трактовка внешних событий и сквозь призму психологических переживаний, придание конкретным событиям, связанным с определенным местом и временем, всеобщего значения[170]. В этом отношении характерно описание Видукиндом битвы у Бирты, сопровождающееся анализом внутренних переживаний героев[171]. Можно говорить и об отражении в «Деяниях саксов» некоторых приемов народной поэзии[172]. На форму изложения Видукинда оказал влияние безусловно жанр мима (фарса) и близкий к нему жанр менестрелей. В Саксонии IX—X вв. под мимами имелись в виду рассказчики, выступавшие под разными видами. Это были иногда шуты, балагуры, певцы, сказители, иногда просто разносчики политических новостей. Многие мимы воспевали деяния знатных людей, жития святых[173]. Жанр мимов и менестрелей Видукинд использовал в своей Хронике в форме скрытого диалога, противопоставления мнений, хвастовства, шутки и иронии[174].