Читаем Дедушка П полностью

— Я?! — притворно произнесла девушка. — Ничего… Ладно, мне надо поспешить.

* * *

Каникулы пролетели как один миг. Будучи сильно занят, я даже не заметил их, лишь раз в неделю собираясь с Джастином, Гартом и Сириусом, чтобы поплавать на волнах и выпить в баре.

Постепенно у меня начали получаться частичные преобразования своего тела, но полностью воспроизвести заклинание Силы пока не мог.

В феврале начался новый учебный год, и на личные дела стало оставаться меньше времени. Дети… Хотя, какие они дети? Уже здоровенные лбы, которым по восемнадцать лет… В общем, одноклассники вели себя беспечно, за исключением редких индивидуумов. Учились спустя рукава, были увлечены больше отношениями с противоположным полом и не задумывались о будущем. Волшебники ничем не отличаются от обычных людей, такие же раздолбаи.

Сколько среди людей учёных, которые учатся с энтузиазмом, познавая новое на протяжении всей жизни? Тысячи? Если взять для примера тех, кто посещает открытые лекции видных учёных в лучшем Австралийском колледже, то окажется, что на них ходит двадцать-тридцать человек. Если взять лекцию Европейского уровня, то наберётся несколько сотен студентов. На лекциях мировых учёных вроде Стивена Хокинга будет тысяча человек и это с учётом шестимиллиардного населения планеты.

Маги в этом плане не сильно отошли от маглов, только стоит учесть, что волшебников изначально меньше. Так что вполне объяснимо, что из девяти сотен учеников школы Валлаби всего четверо учатся на мастера или подмастерья. Все остальные волшебники остаются вполне заурядными пользователями концентраторов. Стоит ли при таких раскладах размышлять на тему — почему волшебные науки так слабо развиваются и, по сути, находятся в полной заднице, потихоньку отставая от магловских технологий? Это ещё без учёта Статута секретности, который здорово стопорит развитие волшебства.

* * *

Вечером семнадцатого марта я в очередной раз отрабатывал невербальные заклинания при помощи перстня. Как обычно, выложился на полную катушку и уже собирался покинуть школьный зал для магических тренировок, но как раз в этот момент у меня зазвонило Сквозное зеркало.

Погода на улице была отвратной, словно из ведра лил дождь, громыхал гром и сверкали молнии. Несмотря на вечер, стало темно почти как ночью.

— Алло.

— Гарри, — раздался панический голос Элизабет.

— Привет Лиз. Ты чего отвернула зеркало от себя?

— Замолчи и слушай! — истерично произнесла Хоук. — Я на улице на том пляже, где мы постоянно гуляли, стою в кустах возле будки спасателей. Принеси мне зонт и какую-нибудь одежду!

— Ты что там, голая что ли?

— Гарри, заткнись и иди сюда немедленно! — рявкнула девушка. — Быстро… БЫСТРО!

Элизабет отключила зеркало.

— Мы даже не пара, а она так говорит, будто мы семь лет в браке, — пробурчал я.

Взмахнув палочкой, я аппарировал, переместившись неподалёку от будки спасателей. Тут лил жуткий ливень.

Из кустов выглянула обнажённая Элизабет, она прикрывала правой рукой грудь, а в левой держала Сквозное зеркало. Я с интересом оценил шикарную фигуру девушки, но, к сожалению, нижняя часть туловища была скрыта в кустах, сквозь которые виднелись лишь некоторые участки ног и живота.

— Хорош пялиться, маленький извращенец! — прикрикнула Элизабет. — Где вещи?

— Зачем вещи? Тебе так больше идёт.

— Гарри, не время для шуток, я промокла и зла, — сурово сказала Хоук.

— Ладно.

Я взмахнул волшебной палочкой и наложил на девушку осушающие чары.

— Импервиус… Импервиус.

Накладываю на девушку, затем на себя заклинание отталкивания воды, которое покрывает тело тонкой магической плёнкой. После этого превратил ближайший камень в длиннополую мантию и протянул девушке.

— Я после тренировки, так что сил нет. Мантия и чары продержатся всего полчаса.

— Мне хватит, — сказала Хоук.

Она выхватила мантию, отвернулась, и стала её надевать. После того, как прикрыла наготу, Элизабет повернулась ко мне и прожгла уничижительным взглядом.

— Ну что, налюбовался? — ехидно спросила она.

— Не совсем, хотя сиськи и фигура у тебя на сто из ста. Всё настолько шикарно, что из тебя вышла бы отличная модель для скульптора. Такие формы должны быть запечатлены в веках, чтобы потомки спустя тысячелетия восхищались этой красотой.

— Льстец, — кратко выдала Элизабет.

— Ты чего делаешь на пляже без всего? Решила стать нудистской?

— Испытывала свою разработку — гель невидимости, — ответила девушка.

— Без волшебной палочки, одежды и вещей?

— А как ещё, если гель надо наносить на голую кожу? — с сарказмом вопросила Хоук. — Итак взяла с собой Сквозное зеркало и палилась из-за этого.

— А почему на пляже, а, например, не дома или в лаборатории?