Читаем Дедушка на выданье полностью

— Первые были чистой ерундой для второклашек, затем сложность увеличилась, стало трудно, — призналась Инна, — я все справочные системы изрыла. Ну, например, был в пятом туре первый вопрос: «Французский философ Поль Валери говорил: «Никогда не судите о человеке по его друзьям». Кого конкретно он имел в виду, назовите имя». Сможете ответить?

Гаврилов поднял руки.

— Я пас!

— Может, какой-нибудь благородный дворянин, случайно попавший в компанию к разбойникам? — осторожно предположила я.

Инна фыркнула.

— Мимо. Нужно назвать имя!

— Это невозможно! — возмутилась я.

— Иуда, — заявил Коробок, — у него все друзья были безупречны, а он сам предатель.

— Вау! Ты умней, чем кажешься! — восхитилась Каретина. — Мне пришлось найти материалы по Валери, покопаться в них, лишь тогда я ответила. А ты как допер?

— Логически, — сказал Димон, — вспомнил, когда жил француз, он родился в тысяча восемьсот семьдесят первом, философ, несомненно, хорошо знал Библию, ну и как-то само собой получился ответ. Правда, сейчас некоторые отцы церкви говорят, что Иуда совершил подвиг, специально предав Христа по просьбе самого Иисуса. Если б Сына Божьего не казнили, он бы не смог исполнить свою миссию.

— Прекращаем теологический спор, — приказала я, — возвращаемся к загадкам. Они стали сложными?

— Очень, — подтвердила Инна, — в особенности та, что пришла последней. На решение дают не много времени, кто не успел, тот опоздал. Знаешь, викторина очень захватывает, начинаешь переживать, как маленькая. Ждешь этих уточек.

— Расскажи о процессе получения игрушек, — велел Димон.

Инна вынула из элегантной сумки бархатную резинку и стянула пышные волосы в хвост.

— На экране появляется веселый смайлик и надпись «Утка едет, утка мчится, утка в дверь к тебе стучится». Чуть пониже, мелким шрифтом, предупреждение: «Доставка осуществляется с девятнадцати до двадцати двух. В случае отсутствия хозяина посылка возвращается отправителю. Повторная доставка не производится. Администратор Совета». Потом раздается звонок в дверь, входит курьер и отдает пакет.

— Как он выглядит? — спросила я.

— Обычно. Темно-коричневая бумага, заклеен скотчем, — сказала Каретина.

— Нас интересует посыльный, а не конверт, — уточнила я.

Инна растерялась.

— Ну… Куртка, джинсы, бейсболка. Я его не разглядывала.

— Мужчина? — уточнил Коробок.

— Да, — подтвердила Каретина, — художник, наверное. За мной когда-то ухаживал студент Строгановского училища, но я его бросила. Вечно ныл о желании написать великое полотно, а сам спал до обеда!

— Отчего курьер вызвал у вас воспоминание о неудачном романе? — не успокаивалась я.

Инна потрогала изящным пальчиком верхнюю губу.

— Усы. Мой парень такие же носил, и бородку, маленькую, аккуратную, она лишь окаймляла подбородок. Вроде она называется «шкиперская».

— Руки? Может, на них были шрамы, наколки? Отсутствовали пальцы? Часы на запястье? — сыпал вопросами Коробок. — Марка одежды?

Каретина сморщилась.

— Он был в перчатках. Одет обычно. Я ничего не запомнила. Ну кто станет разглядывать курьера?

— Действительно, — кивнул Коробок.

— Уточек привозил один и тот же человек? — перебила я Димона.

— Ну… вроде, — без особой убежденности сказала Инна.

— Переходим на другой уровень, — объявил Димон, — что с последней загадкой?

— Плохо, — скуксилась Каретина.

— Озвучь задание! — приказала я.

— Человек, делающий это, в нем не нуждается; человек, покупающий это, сам им не пользуется; человек, который это получает, не знает об этом. Что это?

Все притихли.

— Чума, — нарушил молчание Гаврилов, — нелепица. Я сделал что-то, оно мне не надо, продал тебе, ты его не съел, не выпил, на экране не смотрел, кому-то отдал, а тот не сообразил, что получил подарок? Ни хрена себе вопросы у математиков-академиков!

— Надо успеть решить до утра? — поинтересовался Димон.

— До десяти, — печально уточнила Каретина.

— Подключай Умку, — сказала я Коробку, — если не решим, утку не принесут, упустим маньяка.

— Уже, — тихо сказал Димон, — он нас слышит, но молчит. Эй, Умка, издай гудок.

— Ту-ту, — прозвучало из ноутбука Коробкова, который он держал на коленях.

Надо отдать должное Инне. Вернувшись домой, она стала вести себя самым обычным образом. Я бы, наверное, зная о том, сколько глаз за мной наблюдают, не смогла спокойно сбросить на пол одежду, пойти в ванную и корчить там рожи зеркалу. Но Каретина оказалась девушкой без нервов, Сергей Гаврилов сказал о ней чистую правду. Актриса не растерялась, не смутилась, она великолепно исполняла роль звезды популярного телесериала, которая расслабляется в одиночестве, твердо зная: в квартире она в полнейшей безопасности.

Компьютер Димона громоздился на углу стола, Каретину не оставляли без присмотра. Мы с Димоном сидели, словно куры на шестке, и пытались решить загадку. В небольшом помещении, набитом аппаратурой, было душно, изредка на экране другого компьютера возникало лицо Федора и звучал вопрос:

— Ну?