Читаем Дедушка на выданье полностью

— Из банки, — уточнил Константин Сергеевич. — Сушеные креветки.

— А какую ей кроватку купить? — не успокаивалась Лапуля.

Парень прищурил один глаз.

— Зачем?

— Чтобы спать, — удивилась Лапа.

— Она где угодно задрыхнет, — засмеялся торговец, — сама место найдет.

— Неправильно как-то, — забубнила Лапуля. — У всех постельки, киски на мягком спят, Димочка под одеялом, а черепашка беспризорной бродить будет?

— Возьмите ей софу с балдахином, белье шелковое и тапки, — совершенно серьезно прогудел Константин Сергеевич.

Лапа обрадовалась.

— У вас есть?

Я обняла Лапулю, исподтишка показала кулак наглому продавцу и категорично заявила:

— Берем черепаху, креветки, и все!

— А кроватка? — засуетилась Лапа. — Ой, зайчика тошнит! Ой, плохо! Ой!

— Дай скорей пакет, — потребовала я у парня.

— Если она больная, пусть уходит, — насупился продавец. — Заразным к животным нельзя.

Я без разрешения схватила с прилавка полиэтиленовую сумку и сунула Лапуле под нос.

— Она ждет ребенка. У нее токсикоз.

— Это ерунда, — со знанием дела ответил продавец. — Через год пройдет!

Я вынула кошелек.

— Полагаешь, что женщина вынашивает младенца двенадцать месяцев?

— Разве не так? — удивился Константин Сергеевич.

— Для доктора биологических наук ты на редкость плохо осведомлен, — вздохнула я, слушая, как несчастная Лапа кашляет над пакетом. — Черепаха-то какого пола? Можешь ответить честно? Мы уже купили животину.

— Честно? — переспросил продавец. — Фиг ее знает. У них пол не разобрать. Если вашей подруге охота девочку, то пусть будет Гера.

— Димону понравится, что у нас дома появилась жена Зевса, покровительница брака, охраняющая мать во время родов, — улыбнулась я. — Имя в его вкусе и по обстоятельствам подходит.

Константин Сергеевич протянул мне визитку.

— Ничего в богах не понимаю. Гера — это сокращенно от Герасима. Я так всех черепах зову, потому что они молчат. Если вопросы по содержанию возникнут, звоните по этому телефону.

Я внимательно изучила визитку. «Доктор наук, профессор Загребин Яков Сергеевич. Круглосуточно. Только рептилии. Собаками, кошками, хомячками и др. не занимается».

— И сколько вам лет, господин Загребин? Уже закончили десятый класс? — осведомилась я.

Константин Сергеевич оттопырил нижнюю губу.

— Это мой дед! Он совсем старый, безумный черепашник, все-все про них знает. Магазином владеет мой отец Сергей Яковлевич, он сегодня по частным клиентам ездит, я его замещаю.

— Ясно, — кивнула я, схватила Лапулю, пакет с Герасимом-Герой, сумку с креветками и повела девушку в машину.

Похоже, Лапе совсем нехорошо, она не требовала продолжения банкета и не настаивала на прогулке по торговому центру. Когда мы сели в автомобиль и я вырулила на перекресток, Лапуля простонала:

— Хорошо, что «Женская радость» на соседней от нашего дома улице находится, меня укачивает!

— Сделай одолжение, не покидай квартиру, — велела я Лапуле, высаживая ее у подъезда.

— Ага, — кивнула бедняжка, — зайчик начал войну! На танке по желудку ездит!

Я знаю, что с Лапусей не следует спорить, но некоторые фразы выскакивают из моего рта машинально.

— Ребенок развивается не в желудке.

Лапуля, успевшая взяться за ручку входной двери, обернулась и с бескрайним удивлением спросила:

— А где?

Я потеряла дар речи, потом промямлила:

— У Димона в кабинете есть анатомический атлас, почитай его на досуге.

Лапа открыла дверь.

— Ну надо же, — бормотала она, — почему же меня тогда так тошнит? Я считала, что зайчику на голову падает то, что я ем, ну кому это понравится? Вот он и бунтует, назад все вышвыривает, поэтому я старалась только вкусное употреблять, никакой каши не ела, он еще наестся манки, когда его врач на свет вытащит!

Железная дверь ударилась о косяк, и я запустила двигатель. Ни один человек в мире не поверит, если я расскажу про девушку двадцати с лишним лет, которая пребывает в уверенности, что токсикоз у нее развивается исключительно по одной причине: после того, как она закусит, еда падает на нерожденного ребенка, а тот злится и выталкивает завтрак-обед-ужин из мамы. И тем не менее вот она, эта девица, только что в глубочайшем удивлении удалилась домой, прижимая к груди пакет с купленной черепашкой неопределенного пола.

Из состояния ступора меня вывел телефонный звонок, Димон, похоже, здорово волновался. Я взяла трубку и хотела обрадовать его известием о благополучном возвращении домой Лапули, но услышала радостный голос:

— Номер квартиры!

— Чьей? — не поняла я. — Нашей?

— Он покупал номер квартиры, — пустился в объяснения хакер. — Эй, ты забыла про загадку? Диалог в магазине. «Сколько стоит два?» — «Тридцать рублей» — «А двадцать девять?» — «Шестьдесят» — «Дайте мне триста двадцать девять» — «Пожалуйста, с вас девяносто рублей». Человек брал цифры, ну, такие металлические, которые на дверь снаружи набивают. Потому и вопрос: «Сколько стоит два?» Не стоят, а стоит! Он хочет купить цифру «два», а не два предмета. Понятно объяснил?

Сообразительность Димона вызвала у меня восхищение.

— Как ты догадался?