Читаем Дебют. Жить в СССР полностью

— Договорились! Тогда мой помощник за тобой заедет, — кивнула Соренских дочери, а сама поспешно встала.

— Деньги заберите, — указал рукой на газетный свёрток.

— Это малая часть того, что готова для вас сделать, — нахмурилась Анастасия Павловна.

Ну, ей очень хочется всучить мне денежные средства, подчеркнув, между нами, разницу и как бы давая понять, что она готова от меня откупиться. Только бы не досаждал и на Лену не претендовал.

— Возьмите, нам денег хватает, — поддержала меня Сироткина, вновь переходя на вы.

— Хорошо, но бумаги оставлю, ознакомьтесь с ними, — ответила Соренских, а потом с надеждой и ожиданием улыбнулась дочери.

Между девушкой и женщиной вижу тонкую магическую связь, но она говорит только о родстве и ни о чём больше. Странно, но источник Анастасии Павловны остался безучастен к дару Лены, как и тот не проявил какого-либо всплеска. Мне даже показалось, что у Сироткиной появился некий щит, способный отразить ментальную атаку. Лёд недоверия со стороны моей подруги не исчез, но отношение изменилось и появилось сочувствие.

— Завтра увидимся? — уточнила Анастасия Павловна, взяв в руки бумажный свёрток, понимая, что деньги мы не примем.

Ей не хочется уходить, однако, понимает, что Лене необходимо подумать и, возможно, начинать принимать перемены в своей судьбе.

— Да, мы же договорились, — спокойно ответила Сироткина.

Попрощавшись, Соренских ушла и только тогда я задался вопросом, а с кем она, собственно, приходила? Похоже, до последнего момента прикидывала, а не задействовать ли силовой метод. Печально, если это так, нельзя исключать, что к такому способу вернётся.

— Сергей, что думаешь? — задумчиво спросила Лена.

— Она твоя мать и по-своему тебя любит, — потёр я переносицу. — А ещё она больна, но это тебе не хуже моего известно. Определённые опасения у неё имеются, в том числе и переживания за клан. Последним готова поступиться, сделав тебя счастливой, но в своём понимании.

— Считаешь, что в наши отношения полезет и попытается разлучить? — полувопросительно сказала девушка.

— В открытую вряд ли, но подспудно постарается, — криво улыбнулся подруге и добавил: — Не осуждай её, она на ситуацию смотрит со своего места и положения. В её глазах, надеюсь, выгляжу неплохо, но точно не достойным тебя.

— Чушь не говори! — возмутилась Сироткина.

— Бумаги изучи, уверен, там указаны активы клана, которые тебе достанутся. Сумма наверняка внушительная, как и открывающиеся возможности.

— Плевать! — отмахнулась девушка.

— С одной стороны соглашусь, но проблема останется. Я не вправе лишать тебя наследства, как и всего остального, что тебе причитается по праву, в том числе рождения. Через какое-то время свыкнешься, что покупка чашки кофе или понравившейся вещички для тебя необременительно и это нормально. Когда есть деньги в кармане это же хорошо. Согласна? — с улыбкой посмотрел на свою подругу.

— Допустим, — осторожно ответила та, а потом попросила: — Продолжай.

— Светские приёмы, званные ужины, взаимодействие с высокопоставленными чинами, всё это тебе предстоит. Я же окажусь в твоей тени и, возможно, ты почувствуешь себя неуютно в моём обществе, когда начнут шептаться и говорить, что мужа содержит.

— Эй, не будет этого, ты поставил перед собой амбициозные цели и к ним стремительно идёшь! Скорее всего, мне обзавидуются, а некие дамы начнут тебя соблазнять и добиваться всеми возможными правдами и неправдами! — возмущённо возразила Лена и добавила: — Только попробуй в их сторону взглянуть, сразу облысеют!

— А мне-то что от того, что у них волосы выпадут? — не понял логики своей подруги.

— Узнаешь! — нахмурилась девушка, скорее всего сама не понимая этой угрозы.

— Заранее ревнуешь? — хмыкнул я. — Лен, а каково мне придётся, когда вокруг тебя окажутся стервятники, мечтающие тебя заполучить? У них в арсенале много разных приёмов.

— Думаешь больше, чем у студентов-медиков? — хмыкнула Сироткина. — Не беспокойся, ни на кого тебя не променяю!

И я ей верю, как и она мне. У нас крепкая связь и, надеюсь, её ничто не пошатнёт. А вот тренер не захотел слушать, что мы не обо всём ещё поговорили.

— Горцев, забыл о соглашении⁈ Скоро городские, собираешься свои достижения коту под хвост отправить? — заявил Александр Николаевич. — Тренировки и ещё раз тренировки. Теорией займёшься дома, а сегодня устроим блиц, партий этак из двадцати!

— Всегда готов, как пионер! — ответил я.

— Проигравший оплачивает ужин, — предупредил Курзин.

— Без вопросов, — протянул ему руку.

— Забились! — пожал мою ладонь компаньон и наставник.

Что-то он задумал, по глазам вижу, никак фору попросит.

— Александр Николаевич, а Жанна не возмутится, что швыряетесь деньгами? — с улыбкой спросила Лена.

— А кто сказал, что собираюсь платить? — хмыкнул тот и широко улыбнулся. — Нет, Сергей Максимович нас угостит! Совсем забыл уточнить, что у него будет две минуты на партию, против моих, — он чуть задумался, — десяти!

— Но это же нечестно! — возмутилась моя подруга.

— С тренером не спорят, а выполняют его распоряжения, — развёл руками тот.