Читаем Дебет и кредит полностью

Майрон Хеттингер мог, разумеется, отправить шантажисту письмо и воззвать к его совести. Но в глубине души понимал, что проку от этого не будет. Действительно, какая у шантажиста совесть?

Что еще?

Ну, он мог убить мистера Джордана.

По всему выходило, что это единственная возможность остановить шантажиста. Да только как это сделать? Трудно, знаете ли, убить человека, не зная, кто он и где его искать. Майрон Хеттингер не мог болтаться в холле указанного в очеpедном письме отеля, ожидая, пока мистер Джордан придет за конвертом с ключом: шантажист, зная его в лицо, не будет показываться ему на глаза. По той же самой причине не имело смысла тереться около камеры хранения.

Так как же все-таки убить человека, не зная его и не встречаясь с ним?

Майрон Хеттингер вновь подумал о письме, в котором собирался воззвать к совести шантажиста. И тут его осенило. Он широко улыбнулся. Так улыбаются люди, нашедшие выход из чрезвычайно сложной ситуации.

В тот день Майрон Хеттингер вышел из кабинета в полдень. В банк не пошел, зато заглянул в магазин химических реактивов, галантерейную лавку и несколько аптек. В каждом месте он делал лишь одну покупку. Нет нужды перечислять, что именно и где он приобрел. Покупал он компоненты взрывного устройства, учить читателей делать бомбы — не по нашей части.

Бомбу он сделал в кабинке общественного туалета. Корпусом послужила коробка из-под сигар, точно в такие он укладывал по тысяче долларов десятками и двадцатками. Разумеется, бомбу Майрон Хеттингер сделал самую простую. Он позаботился о том, чтобы взрыв обязательно произошел при снятии с коробки крышки. Коробка, конечно же, взорвалась бы и в том случае, если б ее не открыли, а уронили.

Готовую бомбу Майрон Хеттингер положил в бумажный пакет и отнес в ячейку камеры хранения станции «Таймс-сквер». Ключ от ячейки положил в конверт, адресованный мистеру Джордану, запечатал его и отнес на регистрационную стойку отеля «Блекмор». Вернулся в свой кабинет. На двадцать минут позже обычного.

Во второй половине дня с работой у него не заладилось. Он скрупулезно записал все расходы на приобретение компонентов бомбы, на ту самую страницу, что отвел мистеру Джордану, улыбнулся при мысли о том, что утром сможет подвести черту и закрыть этот счет. Но потрудиться на благо клиентов ему не удалось. Он сидел и восторгался найденным решением.

Бомба не могла его подвести. Конечно, могли погибнуть не только мистер Джордан, но и другие люди. Такая вероятность существовала. Если, к примеру, у шантажиста хватит ума вскрыть коробку из-под сигар в подземке. Или он ее выронит. Но Майрон Хеттингер предполагал, что мистер Джордан скорее всего откроет коробку из-под сигар в уединении собственной квартиры, так что от взрыва пострадает разве что мебель.

В пять часов, оставив недоделанную работу, Майрон Хеттингер поднялся из-за стола. Вышел из кабинета, спустился вниз, постоял на тротуаре. Домой идти не хотелось. Все-таки он разрешил неразрешимую проблему. Такой успех следовало отпраздновать.

Вечер с Элеонор на праздник не тянул. Для этих целей куда больше подходила Шейла Бикс. Однако, ему ужасно не хотелось нарушать заведенный порядок. В квартире Шейлы Бикс он бывал по понедельникам и пятницам. В остальные рабочие дни ехал домой.

Однако в этот день заведенный порядок один раз он уже нарушил: вместо денег положил в пакет бомбу. Как говорится, лиха беда начало.

Жене он позвонил из телефона-автомата.

— Я задержусь в городе на несколько часов. Раньше позвонить не мог.

— Ты же по четвергам после работы сразу едешь домой, — удивилась Элеонор.

— Я знаю. Возникло неотложное дело.

Элеонор не поинтересовалась, какое именно. Как и положено идеальной жене. Сказала, что любит его, что скорее всего соответствовало действительности. Он ответил, что любит ее. Конечно же, солгал. Повесил трубку, поймал такси, попросил водителя отвезти его на Западную 73-ю улицу.

Шейла жила на третьем этаже четырехэтажного кирпичного дома. Аренда стоила всего 120 долларов, сущая мелочь, если верить желтым газетенкам, которые отлично разбирались в стоимости квартир для любовниц.

Лифта не было. Майрон Хеттингер преодолел два пролета не очень крутой лестницы, постучал в дверь. Никакой реакции не последовало. Тогда он позвонил, что делал крайне редко. Дверь осталась закрытой.

Если б такое случилось в понедельник или пятницу, Майрон Хеттингер наверняка бы обиделся. Но по понедельникам и пятницам такого никогда не случалось. На этот раз он пришел в четверг, без предупреждения, а потому отсутствие Шейлы не вызвало у него отрицательных эмоций.

Естественно, у него был ключ. Если у мужчины идеальная любовница, и даже неидеальная, у него всегда есть ключ от квартиры, которую он оплачивает. Майрон Хеттингер вставил ключ в замочную скважину, повернул, открыл дверь, затворил за собой. Нашел бутылку шотландского, плеснул виски в стакан (по понедельникам и пятницам виски наливала ему Шейла). Сел в удобное кресло и потягивал виски, дожидаясь прихода Шейлы.