Читаем Давно пора полностью

Мне климат привычен советский,К тому же – большая семья,Не нужен мне берег суэцкийВ неволе размножился я.В котлах любого созиданияСнискав себе не честь, но место,Евреи, дрожжи мироздания,Уместны только в массе теста.Из двух несхожих половинМой дух слагается двояко:В одной – лукавствует раввин,В другой витийствует гуляка.В эпоху, когда ценность информацииОкрасила эпоху, как чернила,Повысились и акции той нации,Которая всегда ее ценила.Летит еврей, несясь над бездной,От жизни трудной к жизни тяжкой,И личный занавес железныйВезет под импортной рубашкой.Над нами смерть витает, полыхаяРазливом крови, льющейся вослед,Но слабнет, утолясь; и тетя ХаяОпять готовит рыбу на обед.Фортуна с евреем крута,Поскольку в еврея вместиласьИ русской души широта,И задницы русской терпимость.Растит и мудрецов и палачей,Не менее различен, чем разбросан,Народ ростовщиков и скрипачей,Закуренная Богом папироса.Сомненья мне душу изранилиИ печень до почек проели;Как славно жилось бы в Израиле,Когда б не жара и евреи.Не думай, что деля свое вино,И рознь мы выдумываем, словно дым;Евреям слишком многое дано,Чтоб спрашивалось равно остальным.За долгие столетия, что длитсяКромешная резня в земном раю,Мы славно научились веселитьсяУ рва на шевелящемся краю.Век за веком роскошными бреднямиОбставляли погибель еврея;А века были так себе, средние,Дальше стало гораздо новее.При всей нехватке козырейВ моем пред Господом ответе,Весом один: я был еврейВ такое время на планете.По спирту родственность имея,Коньяк не красит вкус портвейну,Еврей-дурак не стал умнееОт соплеменности Эйнштейну.Те овраги, траншеи и рвы,Где чужие лежат, не родняВот единственно прочные швы,Что с еврейством связали меня.Сородич мой клопов собой кормил,И рвань перелицовывал, дрожа,И образ мироздания кроил,И хаживал на Бога без ножа.За все на евреев найдется судья.За живость. За ум. За сутулость.За то, что еврейка стреляла в вождя.За то, что она промахнулась.Зря ты, Циля, нос повесила:Если в Хайфу нет такси,Нам опять живется веселоИ вольготно на Руси.Поистине загадочна природа,Из тайны шиты все ее покровы;Откуда скорбь еврейского народаВо взгляде у соседкиной коровы?За года, что ничуть я не числю утратой,За кромешного рабства глухие годаСколько русской земли накопал я лопатой,Что частицу души в ней зарыл навсегда.Чтоб созрели дух и голова,Я бы принял в качестве закона:Каждому еврею – года дваГлину помесить у фараона.Пусть время, как поезд с обрыва,Летит к неминуемым бедам,Но вечером счастлива Рива,Что Сема доволен обедом.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы
Инсектариум
Инсектариум

Четвёртая книга Юлии Мамочевой — 19-летнего «стихановца», в которой автор предстаёт перед нами не только в поэтической, привычной читателю, ипостаси, но и в качестве прозаика, драматурга, переводчика, живописца. «Инсектариум» — это собрание изголовных тараканов, покожных мурашек и бабочек, обитающих разве что в животе «девочки из Питера», покорившей Москву.Юлия Мамочева родилась в городе на Неве 19 мая 1994 года. Писать стихи (равно как и рисовать) начала в 4 года, первое поэтическое произведение («Ангел» У. Блэйка) — перевела в 11 лет. Поступив в МГИМО как призёр программы первого канала «умницы и умники», переехала в Москву в сентябре 2011 года; в данный момент учится на третьем курсе факультета Международной Журналистики одного из самых престижных ВУЗов страны.Юлия Мамочева — автор четырех книг, за вторую из которых (сборник «Поэтофилигрань») в 2012 году удостоилась Бунинской премии в области современной поэзии. Третий сборник Юлии, «Душой наизнанку», был выпущен в мае 2013 в издательстве «Геликон+» известным писателем и журналистом Д. Быковым.Юлия победитель и призер целого ряда литературных конкурсов и фестивалей Всероссийского масштаба, среди которых — конкурс имени великого князя К. Р., организуемый ежегодно Государственным русским Музеем, и Всероссийский фестиваль поэзии «Мцыри».

Юлия Андреевна Мамочева , Денис Крылов , Юлия Мамочева

Детективы / Поэзия / Боевики / Романы / Стихи и поэзия