Читаем Дарьина избушка полностью

— Никого Дарья не забирала. Забирает только Он, — дед поднял указательный палец на потолок. — А Дарья просто предупредить тебя хотела. Внимание привлечь. Ты вот что, Павлуша, прибереги эту шкатулочку. Чует сердце — неспроста бабка тебе снилась.

Через час старик провожал своего гостя в обратную дорогу. Павел хотел по пути заехать на кладбище, проведать родные могилы, но Филипп отговорил его.

— Стемнеет скоро, нечего тебе там делать. На радуницу или троицу — милости просим. Не волнуйся, у часовни какой-то монах живет, за порядком следит, за всех нас молится. Ну, счастливо тебе, сынок. На-ко, на дорожку, — дед протянул Павлу леденец-карандаш.

***

Как только Павел выбрался на шоссейную дорогу, сразу ожил его телефон и запиликал сообщениями о пропущенных звонках. Звонила Наталья, раз сто. Павел забеспокоился: не случилось чего с дочкой.

— Алло, Паша, наконец-то! — кричала в трубку жена. — Упарились тебе звонить! К нам нотариус приехал, ждет в гостинице!

— Что случилось?

— Помер какой-то американец и оставил наследство… мне! В общем, Паша, нам обоим в психушку пора!

***

Ломахин Игорь Андреевич, известный на весь мир фотограф, подданный Соединенных Штатов Америки, прожил счастливо и безбедно в городе Портленд штата Мэн до ста девяти лет и был почетным долгожителем округа. Почувствовав свою скорую смерть, решил побывать на дорогой Родине среди березок и рябинок. Имея деньги и связи, узнал старик, что оставил после себя единственную наследницу и пожелал обнять дорогую «гранддотер», предусмотрительно вписанную в завещание в приступе сентиментальных воспоминаний.

Как только Гарри вступил на русскую землю, так сразу и умер. Не выдержал долгого перелета — возраст. Пришлось разыскивать в срочном порядке предполагаемую родственницу. Юристы были уверены: наследство эта русская не получит, так как ни имеет никаких доказательств близкого родства.

Но Наталья предоставила все документы, подлинность которых была установлена. Помогла ржавая шкатулка, сохранившая нужные бумаги в целости и сохранности.

Зарубины долго не могли поверить, что стали не просто богатыми людьми, а очень богатыми. Наталья даже толком не радовалась, ходила по дому, уставшая от кутерьмы с наследством, прошедшая все семь кругов бюрократического ада, измотанная и ошалевшая.

— Ты уже решила со мной разводиться? — Павел отвлекся от возни со Светланкой, глянув на жену.

— Да ну тебя, скажешь тоже, — отмахнулась Наталья.

Весной Зарубины проведали могилы родителей и решили навестить деда Филлипа: сходить с ним на деревенское кладбище, поставить свечи в маленькой часовне за упокой Дарьи, Анны и всех-всех почивших соседей.

Село не выглядело пустым и мертвым: тут и там копошились дачники, соскучившиеся по земле и свободе. Павел проехал знакомой улицей и… увидел вместо крепкого дома Филиппа пожарище, заросшее бурьяном.

— А вы к кому? — спросила Павла полная женщина в спортивных штанах: она копала огород недалеко от пепелища.

— А где… тут же дом осенью стоял, — растерялся Павел.

— Вы что-то путаете. Филипп Степанович сгорел вместе с избой еще пять лет назад, — женщина смотрела на Павла и Наталью, как на дурачков.

— А, да, конечно путаю… На кладбище дорога нормальная?

— Ничего, проедете, — дачница снова наклонилась над своими грядками.

Чистенькие могилки стояли аккуратными рядами. И правда, кто-то ухаживал за ними долгое время. Среди могил Зарубины нашли и Дарьину, и Нюрину, и Филиппа.

— Вот почему он меня на кладбище не пустил. Пугать не хотел. А я его хлеб ел, — задумчиво произнес Павел.

— Ну и хорошо, — Наталья была в спокойном, благостном настроении. — Пойдем, Паша, в часовенку. Помолимся за усопших. Им лежать, а нам — дальше жить.

Анна Лебедева

2022