Читаем Данвичский роман полностью

Когда движения прекратились, существо представило Сэри ту сторону себя, которую ранее затмевали тени лампы. Именно этот момент чистого шока и мрачного откровения отключил тонкие чувства Сэри и отправил её дух обратно в её распростёртое тело. Пара придатков выдвинулась из корпуса - фактически та же пара, которая так эффективно положила конец карьере господ Чанека и Силвы - и осторожно подняла бессознательную Сэри с её места прямо за окном, а затем, протянувшись дальше, поместила её спиной на койку в сарае для инструментов. На мгновение они зависли, словно рассматривая её каким-то похвальным образом, а затем вернулись к материальной неуклюжести, частью которой они были.

Реальное зрелище, которое так быстро вернуло Сэри обратно в стигийские царства бессознательного, было не чем иным, как...

...лицом существа.

На самом деле это была половина лица, правая сторона, состоящая из желобов, неровностей и неописуемых контуров, назначение которых невозможно было оценить. Левая сторона, однако, демонстрировала большие лоскутные изображения того, что на самом деле могло быть волосами, курчавыми, чёрными скоплениями, похожими на спорадический мох; один глаз совершенно не соответствовал мириадам глаз, окаймлявших грудную клетку твари, с ресницами и неровной бровью; отвисшее отверстие с кривыми губами, которое анти-природа вещи предназначала для рта; отчётливо выступающий подбородок; и пятна какого-то бледного желтоватого покрова, ужасающе напоминавшего человеческий эпидермис. Вокруг рта и по бокам лица - на щеках? - росли новые пучки вьющихся волос, и был даже мрачный изгиб плоти, подозрительно похожий на ухо.

Однако в целом этого «лица» - или чудовищной совокупности невозможности, хватило для одного - распознать подозрительное сходство с лицом Уилбура.

В то время, когда преступник Джо Чанек врывался в дом Уилбура, сам Уилбур вторгался в торговый центр, известный как «Товары общего назначения и сырьё Лефферта», расположенный в городке Эйлсбери. Механический характер вторжения был настолько лёгким, что не подлежал разоблачению; как и описательные детали интерьера магазина. Уилбур опустил брюки настолько, чтобы просто открыть два вспомогательных глаза, расположенные на его бёдрах, и с ними он не приложил никаких усилий, чтобы ориентироваться в полной темноте магазина. Под прилавком стояла открытая денежная коробка, в которой были очевидны незакреплённые купюры и мелочь, но гигантский учёный-оккультист пришёл сюда не с намерением воровать; его моральная позиция, по сути, делала неприятной - и, более того, немыслимой - идею воровства у того, кто не воровал у него. Напротив, он намеревался оставить более чем достаточную сумму на прилавке, когда найдёт то, что ему нужно.

А нужны ему были боеприпасы.

Рисковать - или, что ещё хуже, принимать благословение как должное - было грехом, который он не мог позволить себе, потому что завтра ночью действительно было подходящее время. Он слишком хорошо помнил сторожевую собаку возле библиотеки Мискатоник, и, несмотря на некоторые физиологические преимущества, Уилбур знал, что собака была усилена рефлексами, превосходящими его собственные, и у неё были клыки и челюсти, которые вполне могли проделать с его щупальцами и придатками работу, даже с его хоботком. На самом деле Уилбура всю свою жизнь преследовали злобные собаки; он едва ли мог пуститься в неторопливую прогулку без такой враждебной дворняги, разъярённой его запахом, несущейся за ним. Большой пистолет дедушки предотвратил множество собачьих столкновений, к большому неудовольствию владельцев собак.

Но не только у Уилбура заканчивались патроны для грозного Webley .455, но и патроны, которые у него были, были настолько стары, что их надёжность была сомнительной. Дважды ему приходилось отражать атаки врукопашную только из-за того, что курок попадал на неисправный капсюль; и хотя вступление в следующий раунд было всего лишь вопросом секунд, в некоторых случаях секунд было недостаточно. Уилбур не боялся умереть, но он знал, что он не должен умереть - или получить тяжёлые ранения - прежде, чем он выполнит свою важнейшую задачу в завтрашнюю ночь.

Универсальный магазин Осборна перестал продавать тот особенный калибр, в котором нуждался Уилбур; и даже когда они совсем недавно были в наличии, они отказались продавать ему. «Ты урод с большой жопой! Твоё лицо похоже на чёртову пизду, и ты даже пахнешь, как она! - Тобиас однажды ругал его. - Ты думаешь, я собираюсь продавать боеприпасы таким, как ты? Ты уже убил половину собак в деревне, грёбаный монстр! Я не торгую жизнями, кровавый колдун Уэйтли! Убирайся отсюда сейчас же! - Уилбура совсем не удивили враждебные тирады родственника. - Твоя мать с белоснежным лицом отсосала мне член, чтобы получить половину пинты самогона, - счёл нужным добавить старый мизантроп. - Я приподнял её платье из грязной ткани, посмотрел на её вагину и - боже мой! - это зрелище вызвало у меня кошмары, парень! Она выглядела, как забитый сурок, изрезанный топором!»