Читаем Дамиан полностью

— Оставьте его, он всего лишь ребёнок! — кричит мама, пытаясь обнять меня.

Разозлившись, мужчина ударяет её по лицу, отчего она падает. Моя сестра начинает плакать, а я остаюсь на месте, ничего не говоря.

— Прошу вас, оставьте его в покое! — продолжает кричать мать. Другой мужчина блокирует её, схватив за талию.

— Долг надо как-то выплачивать, теперь в семье мужчина он, — говорит пожилой мужчина и тащит меня к двери. Я пытаюсь освободиться, но он хватает за волосы и выволакивает меня наружу.

— Избавься от неё и девчонки, они нам не нужны, — приказывает напарнику.

Мать кричит, сестра продолжает плакать, мои глаза заливают слёзы. Я слышу ужасный крик, он мой. Мужчина достаёт пистолет и делает два выстрела в маму.

Плотно закрыв глаза, я бьюсь, пытаясь освободиться, но ничего не меняется. Никто не приходит нам на помощь, никто не может остановить парня, который направляет пистолет на сестру и стреляет в неё. Я вижу, как малышка падает на пол, из её груди вытекает кровь, пачкая платье. Мои крики не останавливают этих двух убийц, никто в Ла-Хабане не приходит спасти меня.

Меня бьют по шее чем-то холодным, и сознание уплывает. Сами по себе закрываются глаза, а последнее, что думаю, — я скоро доберусь до мамы и сестры.

Цепь скрипит, мешок раскачивается, я слышу своё затруднённое дыхание. Ощущаю, что вымотался, но не собираюсь останавливаться, я ещё не выпустил достаточно пара.

Направляю свой взгляд на цель и наношу решительные сильные удары.

Смерть.

Разрушение.

Месть.

Тело вибрирует, а выброс адреналина не заставляет себя долго ждать, как и ожидал.

Теперь это стало ритуалом, каждое утро я просыпаюсь на рассвете и иду в спортзал.

Так я избавляюсь от гнева, чтобы управлять новым днём с максимальным контролем, даже если иногда возникают ситуации, которые испытывают моё терпение.

Поэтому я и окружаю себя лишь проверенными людьми, их немного, но они терпимо относятся к особенностям моего характера.

Я всегда стараюсь сосчитать до трёх, прежде чем действовать, но бывали случаи, когда верх брало насилие, пробуждая ту часть меня, которую стараюсь держать в узде.

Благодаря Асьеру я узнал, кем на самом деле являются Дэвид и Рон: два говнюка-полицейских, которые дорого мне заплатят.

Прошло пять дней после встречи с Карлосом и остальными. Я делал, как он мне говорил, но это не помогло отвадить клан. Они записались в мой грёбаный спортзал. В Сан-Хуане клан хорошо известен, особенно своими незаконными сделками, и меньше всего мне хочется, чтобы они путались под ногами. Цезарю Кортесу было недостаточно того, что двое коррумпированных полицейских проникли в мою жизнь, так он послал в мой дом и других людей. Один из них, в частности, высокий мускулистый парень, сказал, что его зовут Джулиан и нагло заявил о своей принадлежности к клану.

«Эта история закончится плохо, я уже знаю».

Я не боюсь их, просто предпочитаю не иметь с ними ничего общего.

Закончив тренировку, осматриваюсь, проверяя, что к открытию всё готово. Я поднимаюсь по лестнице и возвращаюсь в свою квартиру, расположенную в этом же здании этажом выше. Снаружи мой спортзал выглядит как склад, а внутри его не мешало бы немого подремонтировать, но меня вполне устраивает. Я потратил много денег на покупку этого помещения, и должен благодарить Карлоса, потому что он авансом перечислил мне часть доходов от нашего бизнеса.

Мне было хорошо на Кубе, но требовалось собственное место, и я выбрал Пуэрто-Рико.

Я бросаю ключи в мелочницу.

«Дом, милый дом».

Никто, кроме семьи, не может войти в моё убежище. Я не должен был впускать этих двух засранцев.

Такое неприемлемо, я совершил огромную ошибку.

«Я не могу никому доверять».

Когда узнал кто они на самом деле, в гневе я готов был разбить всё вокруг.