Читаем Дама с коготками полностью

На столе лежал коченеющий труп, и гинеколог позвонила бывшему мужу. Серж приехал моментально. Глянул на то, что осталось от Насти, и велел успокоиться. Потом принес из машины большой брезентовый мешок. Бывшие супруги запихнули туда труп, снесли его в «Жигули», отъехали подальше от города и утопили тело в болоте. Надо сказать, что им повезло. Ни на лестнице, когда волокли мешок, ни на улице, ни в лесу никого не встретили. Настя Константинова бесследно исчезла. Безутешный моряк обратился в милицию, и Римма Борисовна похудела на десять килограмм, ожидая, что сейчас к ней войдут суровые мужики в форме. Но время шло, а следствие тормозило… Скоро добрые люди рассказали моряку о том, что в его отсутствие жена нашла себе утешение и не грустила. Обманутый супруг решил, что неверная половина, испугавшись возмездия, удрала с любовником. Дело закрыли, Настю не нашли.

– Значит, Серж давно знал про смерть Константиновой, – удивилась я, – зачем тогда записывал вас на кассету?

– После случившегося, – пояснила Римма Борисовна, – я полностью разрегулировалась. Пропал сон, до четырех утра сидела на кухне, курила. Потом перестала есть, только пила, начал болеть желудок, появилась астма, в общем, сильнейший нервный срыв. И тогда Серж вернул меня к жизни, прошла несколько сеансов и полностью восстановилась.

– Зачем он заставлял рассказывать о Насте, если уже все знал?

– Дорогая, – снисходительно пояснила Селезнева, – психотерапевтическое воздействие – дело тонкое. Плохо разбираюсь в нюансах, но пациент должен раскрыть душу до дна, обнажиться, иначе ничего не получится. К тому же, переживая страшную ситуацию под контролем специалиста, больной начинает смотреть на события по-другому – в этом-то вся соль психотерапевтического лечения. Рассказываете доктору о своих проблемах, страхах и изживаете их. Поэтому мне пришлось пережить случившееся во второй раз.

– Как можно делать в такой момент записи! Человек доверяет врачу, сообщает самое тайное, и вдруг – магнитофон!

– Записи помогают Сержу выбрать правильную тактику поведения. Он слушает их потом по несколько раз, чтобы понять, как вести разговор с больным.

– А почему не уничтожает после завершения сеансов?

– Во-первых, часть пациентов обращается вторично, и следует помнить, о чем вы говорили с ним вначале. Потом это гигантский научный материал. Серж использовал его в книгах и статьях, без упоминания фамилий, конечно. Так делали и делают все мировые величины, тот же Фрейд или Адлер.

– Оказывается, материал можно использовать не только в научных целях, – вздохнула я, – это просто Клондайк для шантажиста.

Римма Борисовна не переставая курила, в кабинете повис сизый туман.

– Серж высокопрофессиональный специалист, – сказала она, – сеансы – дорогое удовольствие, зарабатывает психотерапевт более чем достаточно. Ставить под удар доброе имя, карьеру Радов никогда не станет. И потом он настоящий доктор, верный клятве Гиппократа и девизу «Не навреди». Кто-то без его согласия воспользовался архивом в преступных целях. Ну подумайте сами, история с Настей Константиновой произошла много лет тому назад, а шантажировали меня полгода назад. К чему ждать столько времени? Значит, узнали недавно и воспользовались. Нет, это не Серж.

– А кто?

Римма Борисовна пожала плечами.

– Кто-то, кто догадался послушать кассеты. Скорей всего Изабелла, ей вечно не хватало денег!

Женщина всегда остается бабой, сколько бы диссертаций ни висело за плечами. Селезнева не упустила возможности сказать гадость про удачливую соперницу. Только зря! Изабелла давно покоилась в могиле, когда начали шантажировать Зайку.

– Может, вы кому-нибудь случайно, ну, приняли лишнего, рассказали про Настю?

– Не пью, – отрезала Селезнева, – и, естественно, никому не исповедовалась. Информация, безусловно, поступила от Радова, но уверена, что получили ее помимо его воли. А теперь прошу простить, через час уезжаю в аэропорт. Приглашена на конгресс в Америку.

Я поглядела на часы – полночь. Долго мы проговорили, а ясности нет. Может, нелюбезный преподаватель сообщит что-то полезное?

Домашние спали, когда я тихо вошла в холл. На зеркале висела приклеенная записка: «Мамочка! Звонил Степан Войцеховский и приглашал завтра к 17.00 на день рождения». Совсем Степка с ума сошел. Сорока дней не прошло после смерти жены, а он именины празднует.

Днем поехала искать подарок. По старой памяти зарулила в ЦУМ и удивилась донельзя. Старый универмаг перестроили до неузнаваемости, но, превратившись в комфортабельное и элегантное место, он непонятным образом потерял индивидуальность и очарование. Стал похож на любой европейский магазин. И мороженое больше не продают, а какое оно тут было вкусное, в вафельном стаканчике, с большим шариком сверху.