Читаем Дальние рейсы полностью

В ту пору в Находке было много зелени и почти не имелось строений, если не считать бараков и деревянного при чала. А теперь это новый город с большими домами, имеющими все удобства, с широкими проспектами и красивыми улицами. Проживает в нем около ста десяти тысяч человек. Город совсем еще молодой, и население в нем соответствующее: основную массу жителей составляют люди от двадцати до тридцати пяти лет.

В Находке шутят: климат, мол, тут хорош для детей — каждый год в городе рождается около двух тысяч новых граждан. А вот пенсионеров здесь всего пять процентов, в связи с этим город испытывает острый дефицит в бабушках и дедушках. Их зовут, просят — приезжайте к внукам! Но бабушки и дедушки неохотно покидают на старости лет давно обжитые места.

Как у каждого города, у Находки свое «лицо», свои особенности. Раскинулся он по берегу бухты и делится на участки, удаленные один от другого. Объясняется это тем, что мало ровного места. Повсюду к воде подступают крутые склоны. Строят там, где есть возможность. Бульдозеры расширяют «пятачки» у подножий сопок. Дома растут словно по мановению волшебной палочки. Каждый год вводится в строй пятьдесят тысяч квадратных метров жилья. Люди сюда едут гораздо охотней, чем в другие населенные пункты. Здесь есть надежда без долгой волынки получить комнату или квартиру. Правда, тут еще грязновато, как и на любой строительной площадке, но зато рядом море, рядом тайга, можно охотиться и рыбачить, а соленый океанский ветер треплет на рейде пестрые флаги из разных стран, гудки теплоходов тревожат воображение, зовут в неизвестность, в дальнее плавание.

С нами в круизе были две девушки из Сибири. Они окончили педагогический институт, проработали по три года и теперь отдыхали, ездили по белу свету, а заодно искали, где бы им обосноваться всерьез и надолго. Одной из девушек так понравилась Находка, что она сразу пошла в какое-то учреждение своего ведомства, а вечером явилась на «Туркмению», чтобы забрать багаж. Подруги проводили ее до дома и на скорую руку справили новоселье.

В Находке многие туристы извлекли из чемоданов выходные наряды, которыми не пользовались за все время путешествия. Дело в том, что нас пригласили в клуб на встречу с иностранными моряками.

На Парамушире наши женщины за день прошли по горам не меньше тридцати километров, да еще под дождем, в тумане, по скользкому снежнику. И хоть бы что. А в Находке, где едва накрапывал мелкий дождик, где до клуба было рукой подать, потребовали автобус, опасаясь за туфли и за прически. Да и в автобусе многие великомученицы ехали стоя, чтобы не помять платья.

Наша компания тоже собралась на международное мероприятие. Бориса Полиновна одела темное вечернее платье с небольшим декольте: элегантное и достаточно скромное, как и положено ученой даме. Герасимыч вытянул из чемодана немного помятый, но вполне пристойный костюм. На него прыснули водой, и костюм сразу разгладился: политэконом знал, из какого материала шить себе вечернее снаряжение.

Могучий Ипполит заявил, что он не признает никаких смокингов. Он просто надел новую вельветовую толстовку и подпоясал ее новым ремешком. А у меня не было с собой ничего праздничного. Я натянул нейлоновую рубашку и форменный морской галстук-топорик.

Туристы спускались по трапу к автобусу, а Надя с Алексеем стояли на палубе возле борта, держась за руки, занятые только друг другом. Мы помахали им с причала, а они даже и не заметили.

В клубе есть кинозал, библиотека, гостиная, комната для спортивных игр. Уютная обстановка, мягкие кресла, газеты, журналы и книги на разных языках, хорошее фортепьяно — можно отдохнуть в свое удовольствие.

Для встречи с нами пришло несколько высоких светловолосых шведов и много японцев. Человек сорок, а то и больше. Смуглые, подвижные, все они были одеты в одинаковые костюмы; невозможно отличить, кто рядовой матрос, кто представитель командного состава. И демократично, и удобно: ведь начальники всегда привлекают к себе больше внимания.

И наша и японская молодежь искренне веселилась. Выступала самодеятельность туристов, выступали японцы, спевшие несколько песен. Неплохо танцевали, хотя пары выглядели странно: почти все девушки были выше своих партнеров. А вот общее пение не удалось: пытались несколько раз начать «Подмосковные вечера» и еще что-то, но тянули вразнобой, всяк по-своему.

Японцы постарше держались с достоинством, были очень вежливы, по любому поводу обнажали в заученной улыбке зубы, и в то же время не переставали следить за молодежью, будто взвешивая и оценивая ее поведение.