Читаем Далекие друзья полностью

Четвертый и последний пункт лично Олег считал наиболее морально сомнительным, но признавал, что деньги лишними не бывают, а проходящие по территории его владений торговые пути могли обеспечить чародею постоянный пассивный доход…Если все сделать правильно. Побережье северного ледовитого океана имело просто огромную протяженность, и даже та его часть, к которой имели доступ кащениты, запросто могла превышать периметр всех границ какой-нибудь не сильно маленькой европейской страны. Уничтожь Олег находящихся внизу людей — и уже через пару месяцев, ну может через три-четыре, такие же сделки, только с другими действующими лицами, будут заключаться километров на сто западнее или восточнее. Или двести-триста, если не все пятьсот. Законы экономики безжалостны и спрос рождает предложение…Европейцы жаждали обладающих волшебными свойствами частей тел сибирских монстров, пригодных для алхимии растений и ценной древесины, причем по ценам ниже рыночных. Вдобавок значительная их часть не только хотела бы уклониться от отчисления денег в казну государства Российского, но и кольнуть побольнее в спину слишком уж могучего и опасного восточного соседа. Дикарям же из древних чащоб, охраняемых армадами чудовищ, но из-за их же наличия не имеющих возможности организовать нормальную промышленность или сельское хозяйство, со страшной силой хотелось современного оружия, хлеба и прочих благ цивилизации. Встреча одних с другими была, в общем-то, неминуема, как снегопад зимой. И никакие потери, которые мог бы дикарям и контрабандистам нанести Олег с его отрядом, не могли бы надолго остановить столь выгодную обеим сторонам коммерцию. А потому куда логичнее и рациональнее было не устраивать маленький локальный геноцид, с уничтожением всего и вся, а прижать продавцов и покупателей к ногтю, дабы они не ушли из вполне устраивающего обе стороны места, но перевели свои торговые отношения в относительно приемлемую плоскость. Жители древних чащоб под видом охотников и чукчей могут сбывать дары природы европейским купцам, а те в ответ пусть передают им одежду, специи, инструменты, прочие предметы роскоши…Но — никаких рабов и никакого оружия. Добром согласиться на подобные ограничения, а также отчисление небольшого процента прибыли в виде таможенных выплат, контрабандисты и их клиенты, конечно же, не согласятся. Однако у Олега имелась парочка аргументов, которые должны были их убедить. Или уничтожить. Тут уж как получится, на стопроцентный успех чародей надеялся, но в случае неудачи долго горевать бы не стал.

— Три часа с того момента, как корабли подошли к причалу! — Воинственно выпалил Стефан, стоило лишь минутной стрелке на часах только-только начать свое приближение к нужному делению. — Рабов уже не только отвели достаточно далеко от кораблей, но уже успели и умыть, и покормить, и оценить, и даже окончательно продать! Ну, теперь-то мы, наконец атакуем?!

— Атакуем, — согласился чародей, которого вполне удовлетворил тот факт, что отлично видимая с высоты колонна людей перебазировалась к наиболее далекому от моря концу деревни, где кащениты разбили свой лагерь. Наверняка они взяли с собой какой-нибудь магический аналог легкой полевой артиллерии, без аргументов достаточно большого калибра даже потомки слуг последнего гиперборейца по лесам Сибири предпочитали не гулять, однако вряд ли данные орудия могли всерьез угрожать «Тигрице». А значит, можно не торопиться с подавлением их огнем собственных пушек, чьи снаряды цели сортировать уж точно не будут. — Пришла пора организовать маленький международный инцидент, показав этим контрабандистам, что теперь уже нельзя на нашей территории вести дела также, как раньше…Но помните — сейчас в бою командуете вы, я только страхую.

— Дык, само собой, — прогудел Святослав, а Стефан согласно кивнул. — Действуем, значица, как договаривались…Надо ж, када-никада, енту, как её…Квалификацию повышать!

По кораблю разнесся сигнал, объявляющий о вступлении в бой и против обыкновения люди, которые его слышали, не напрягались, а вздыхали облегченно. Не то, чтобы ожидание или грядущая схватка заставляли их так уж сильно нервничать — однако нахождение на боевых постах без возможности отлучиться за прошедшие часы успело народу несколько надоесть. Летательный аппарат стремительно снижался, и также стремительно изображение, передаваемое его телескопами, обретало дополнительную четкость.