Читаем Далекая страна полностью

Ценный груз из-за нерадивости местных служб все еще находился на поверхности планеты. Транспортный корабль, под завязку забитый драгоценным чолобарским вином с планеты Шибукава, уже вторую неделю ждал лишь разрешения властей, чтобы начать погрузку. Хуже всего было то, что чолобарское вино, хотя и отличалось изысканным вкусом и совершенно уникальными качествами, было абсолютно непригодно для длительного хранения. Содержание алкоголя в нем по меньшей мере вдвое превышало таковое в любом другом известном напитке, но особую ценность для любителей представляла специфическая способность многократно усиливать половую потенцию у мужчин. Оба эти свойства придавали вину необычайную популярность, и спрос на него был астрономическим. К сожалению, эта главная способность, особенно важная для сильной половины человечества, сохранялась не более двух месяцев со дня производства благородного напитка. Поэтому для торговцев, занимавшихся сбытом прославленного вина, использование Т-кораблей было единственным способом сохранить клиентуру и обеспечить себе постоянный баснословный доход. Бэннин предполагал не мешкая закончить погрузку и стартовать к планете Хартсхилл, как только будут готовы его К-Ф-двигатели, а вместо этого вынужден был вот уже почти неделю без дела болтаться в космосе.

Положение усугублялось еще и тем обстоятельством, что, с точки зрения властей, использование кораблей такого класса для гражданских целей было непозволительной роскошью. Поэтому немногочисленные корабли типа «Телиндайн», еще находившиеся в эксплуатации, использовались главным образом для транспортировки особо важных военных грузов.

Исключения, если они и делались, касались в основном особо рентабельных рейсов и грузов, да и в этом случае разрешение удавалось получить лишь наиболее предприимчивым капитанам, не скупившимся на дополнительные расходы.

По крайней мере сам Бэннин, когда приобрел свой корабль на одном из аукционов, рассчитывал на быстрое обогащение за счет таких сверхдоходных рейсов. И сейчас он не находил себе места от злости, наблюдая, как его груз теряет свои прославленные свойства, а следовательно, и цену из-за бестолковости и неповоротливости правительственных чиновников.

– Поступил запрос со станции, – сообщила Элизабет Хунд, первый помощник Бэннина, отрывая взгляд от экрана монитора. – Они требуют подтвердить состояние нашей готовности к старту.

– Посоветуйте им еще раз прочитать мой рапорт трехчасовой давности, – взорвался Бэннин. – Напомните этим болванам, что я болтаюсь здесь в состоянии полной готовности уже четверо суток. Впрочем, они и так прекрасно осведомлены об этом. Предупредите их, что если в течение ближайших часов я не получу разрешения на погрузку и старт, то обжалую их действия в Главной диспетчерской службе планеты.

В гневе Бэннин даже привстал со своего кресла и сделал несколько нетерпеливых шагов по капитанской рубке. За его спиной мгновенно образовалось небольшое облачко хлебных крошек, наподобие хвоста кометы, следовавшее за ним по комнате. Последние несколько дней он почти не покидал своего кресла и утолял голод полузасохшими бутербродами. Его каюта находилась в двух шагах от капитанского мостика, но Бэннин предпочитал проводить большую часть своего времени перед пультом управления, желая постоянно оставаться в центре событий. Он не только ел, но и спал здесь, покидая свой пост лишь в случае крайней необходимости. Хлебные крошки и несколько сальных пятен, украшавших его костюм, являлись немыми свидетелями трех таких трапез.

Хунд молча наблюдала за своим капитаном и работодателем, давая ему возможность слегка остыть. Она работала на Бэннина уже несколько лет и хорошо представляла себе, что последует за этой вспышкой. Ему необходимо было выговориться и слегка спустить пары, прежде чем он был готов пойти на неизбежные уступки. Так оно, собственно, и произошло. Причем даже быстрее, чем она предполагала, – спустя всего несколько секунд после того, как он в гневе покинул свое кресло. Краска раздражения на его лице сменилась нездоровой бледностью. Им овладел страх. Бэннин хорошо понимал, что, если помощница выполнит его приказ, им в лучшем случае придется еще пару недель болтаться на проклятой орбите.

– Сообщите им, что мы готовы, – буркнул он, поудобнее устраиваясь в кресле.

– Ваше приказание исполнено, сэр, – доложила Хунд, поворачиваясь к экрану дисплея. Ей не надо было объяснять, что сообщение должно было достичь станции, прежде чем Бэннин успеет как-то отреагировать на ее слова.

– Они снова что-то передают, – сообщила Хунд после небольшой паузы, вглядываясь в экран.

– Грузовое судно будет здесь через несколько часов. Нам дадут «добро» на старт, как только мы будем готовы. Координаты точки «входа» они готовы сообщить прямо сейчас. Кораблю предстоит стартовать вне очереди, – бесстрастно произнесла Хунд.

– С чего бы это такая спешка? – буркнул Бэннин. – Мы болтаемся здесь две недели и могли бы подождать еще немного. Хотя что можно ждать от этих недоумков!