Я поднялся на ноги и огляделся. Неподалеку распласталось тело Коннора. А у моих ног лежал мертвый Бен. В голове пылал пожар из вопросов, сомнений, непонимания и разрозненных мыслей. Что я наделал?.. Что натворил?.. Действительно ли у меня не было выбора, или же меня заставили сделать то, что я сделал?.. И о чем таком говорил Беннер? О каком конце? И почему эта сраная организация «Шер» — единственная, кто что-то может изменить?

Я не знал. Впервые в жизни я совершенно ни в чем не был уверен и ничего не понимал. Единственное, что я знал отчетливо, так это то, что нужно отсюда поскорее выбираться и искать остальных участников проекта.

Убрав Мигслаер в импровизированную кобуру и взяв в руки Мидлслаер, я двинулся к проему в стене — к тому месту, откуда вышли Лис и Бен.

Глава 31

Когда я подошел к проему, в левом бедре, боку и плече начала просыпаться боль. Кровотечения нигде не открылось, но я получил с дюжину частично пригашенных защитой бронекостюма мелких ушибов. Открыл в нейроинтерфейсе раздел «Состояние» и глянул на волнующие меня показатели:

Здоровье: 95 % (патологии отсутствуют)

Психика: 74 % (состояние стабильное)

Здоровье снизилось несильно, что было ожидаемо, а вот почему упала психическая стабильность, я понял не сразу. Видимо, на нее повлияло появление Бена и Лиса и их печальный уход из жизни. Дав себе слово не вспоминать об этом до конца миссии, я пригнулся и шагнул в проем, автомат я при этом прижал прикладом к плечу, а ствол нацелил вперед.

Я попал в узкий коридор, тускло освещаемый ярко-красными плафонами на стенах почти у самого потолка. Двинулся вперед мелкими быстрыми шагами.

— Ну как ощущения, Алекс? Ты только что убил двух своих бывших соратников. Они не были твоими друзьями, но обоих ты знал достаточно давно, чтобы тебе было не наплевать на их смерти, — раздался голос, и в голове у меня словно что-то щелкнуло — что-то недоброе. Голос я узнал сразу и, наверное, мне не забыть его до конца своих дней. В его спокойном и вкрадчивом тембре звучала издевка и доминирование. Из-за слабой акустики помещения казалось, что невидимый собеседник находился совсем рядом.

— Ты — чертов ублюдок! Я достану тебя! Слышишь?..

— Не сомневаюсь, что достанешь. Этот день обязательно настанет, но это точно случится не сегодня.

— Что ты сделал с ними? Провел чертову пси-обработку? Свернул им мозги?

— Нет, Алекс. Пси-внушения — грубый и примитивный инструмент. Это не наш метод. Он давно устарел, хотя многие из вас все еще его применяют.

— Тогда почему они переметнулись?

— Все дело в том, что мы умеем быть убедительными. И мы всегда показываем людям правду и даем выбор.

— Неужели? Тем сорока с лишним людям, которых убили твои ублюдки, никто выбора не давал.

— К сожалению, иногда приходится кое-чем жертвовать.

— Где остальные похищенные? Ответь мне и облегчишь свою участь.

— Я восхищаюсь твоим настроем, Алекс. Твоя энергия похожа на бурный неуправляемый поток. Я могу помочь тебе. Дай мне возможность открыть тебе правду. И ты удивишься, насколько в мире все устроено не так, как тебе казалось ранее. Ты сам попросишься в наши ряды, уверяю тебя.

— А знаешь, ты меня убедил. Но есть одна загвоздка: я не поверю в твою правду, если не увижу тебя перед собой лично. Только так и никак иначе.

— К сожалению, это невозможно, — вздохнул незнакомец, и в его голосе я услышал неподдельное сожаление. А он хорош!..

— Вот так всегда, — усмехнулся я. — Правда, выбор, философский треп… а как дело коснется реального риска, то вы всегда даете заднюю.

Я прошел всю длину коридора и оказался перед наглухо закрытой дверью. Справа располагался сенсор, как и у большинства подобных дверей, но он был отключен. Но если присмотреться… дверь не выглядела прочной — обычная тонкая пластина, служащая не для защиты, а для банального отделения одного помещения от другого.

— Открой дверь, — потребовал я. — Открой чертову дверь и дай мне войти.

Сердце колотилось в груди как слетевший с катушек квантовый двигатель, готовый взорваться в любую секунду. Ярость, замешанная на предвкушении и азарте, кипела в крови, разгоняя ее по всему телу со скоростью света.

Вырывавшийся из многочисленных динамиков на потолке голос затих. Не знаю, видел ли незнакомец сейчас меня или нет, но ощущение, что за мной наблюдают, тоже пропало.

— Эй, ублюдок! — позвал я. — Ты меня слышишь?

Ответа не было.

— Ну хорошо, — сказал я тихо, отошел на пару шагов, размахнулся и ударил по двери ногой, вытянув ее подошвой вперед.

Коэффициент моей физической силы равнялся двум единицам, что означало, что я на данный момент был сильнее среднестатистического человека в два раза. До этого мига для меня эта двойка была всего лишь бессмысленной цифрой, но когда после моего удара на двери осталась глубокая вмятина, а ее саму перекосило как от взрыва, я в полной мере осознал значимость этой цифры.