Читаем Дачный знахарь полностью

С появлением первых ростков, и даже несколько раньше, женьшень странно и необъяснимо завладевает вами. Желаете вы или нет, но ежедневно, ежечасно вы ощущаете это проклятое магическое состояние. Начинается оно с того, что вы зачем-то постоянно…считаете в уме, прикидываете, сколько растет растений, сколько на них тратится и, главное, какую огромную выгоду вы получите от их продажи.

Шутка ли сказать! Один грамм женьшеня стоит доллар, а на черном рынке и того больше. За пять-шесть лет корень вытянет 100–300 граммов, а то и больше! Если расширить плантацию, посадив эдак триста, а то и больше… Это будет не менее 10–15 кг. Сумасшедшие деньги! А сколько семян, сколько рассады можно еще продавать, не вкладывая, что называется, ни цента! И в голове – светлое будущее, как у Остапа Бендера. Приятель, моей дочки, узнав «тайну», что я выращиваю женьшень, так и сказал: «Твой папа – миллионер». И быстро решил на ней жениться.

Навязчивые цифры постепенно преследуют вас. Счет… счет… всему на свете счет! Вы еще не начали выращивать женьшень?.. Значит, вы не можете в полной мере представить это. Противная, щемящая боль пронизывает вас всякий раз, когда на грядке вдруг гибнет хоть один кустик. Кот прошелся и замял его. Мерзавец! А как-то он даже развалился на грядке – да убить его за это еще мало!!! Однажды, расширяя плантацию, решил испробовать в качестве дренажа каменноугольный шлак из котельной (писал кто-то, что это полезно для подкормки и от проволочника). Высадил 125 корешков. Как ни странно, шлак привлек массу проволочника, и почти все растения погибли. О, горе!!! В другой раз всходы попали под сильный заморозок, и все кустики поникли. Правда, вскоре они все же отошли. Но, право, от таких стрессов можно с ума сойти!

И это еще цветочки. Представьте себе обладателя огромного клада, который спрятан в самом ненадежном месте, доступном для всех и каждого. Занимаясь женьшенем, вы чувствуете себя именно так. Наши дачи – проходной двор для воров. Бесценные корни могут исчезнуть в любую минуту! Вы крадетесь на плантацию, оглядываясь: не дай бог кто заметит. Вы маскируете грядки разным хламом, защищаете все подступы к ним специально откормленным бурьяном! И все равно боитесь любого нечаянного визита. Вы боитесь даже соседа по даче или сослуживца. В разговоре вы усердно сдерживаете свой язык, делаете умное лицо, нарочито рассуждаете о чем-то отвлеченном. Вы напряженно хитрите и лукавите, так и не высказав наболевшее, не облегчив душу искренней беседой. И нет вам душевного покоя ни дома, ни на самой даче, где растет ваш пылко любимый треклятый женьшень!

Нет, конечно, я не грешил на своих соседей по даче, все они люди порядочные. Но ведь всем рот не зашьешь! Такая новость не будет лежать на месте, рано или поздно дойдет до «промыслового человека». Тогда прощайся… Даже газеты сообщали, что у кого-то выкопали и унесли двадцать или тридцать кэгэ драгоценного корня. Целое состояние, наживаемое много лет упорным трудом, исчезает за одну ночь… Сами женьшеневоды, дабы не смущать посторонних ушей, даже в разговоре друг с другом никогда не произносят слово «женьшень», а называют его по латыни. Какой уж тут сон! Из головы не идет тюркская пословица: «мал учун сахлаучикерек», что означает: «нажив имущество, знай: ты вовсе не хозяин его, а только караульщик». Ох, действительно!

А сколько сплетен и пересудов из-за этой самой «Маскировки»! В областную газету, где я публиковал свои заметки о растениях, не раз звонили анонимные «доброжелатели»: зачем его печатаете?… Придите, посмотрите, у него на участке одни сорняки! Не по средствам живет! Увы, хватает у нас еще таких злопыхателей, и никуда не денешься от завистников.

Слово «женьшень» действовало тогда магически, почти как власть, как золото или серебро. Достаточно было только упомянуть о нем, и перед вами распахивались любые тяжелые двери. Не раз пользовался этим, когда нужно было достать для семьи какой-то дефицит, продвинуть какое-то бюрократическое дело. Действовало безотказно.

Один мой приятель часто приходил ко мне на дачу навеселе. Был он добродушный, а выпьет – всегда подтрунивает: «Вот ты, Алексей Алексеевич, часто пишешь о растениях, а что у тебя такого особого есть. Помидоры? Огурцы? Так их и у меня навалом. Виноград – мне его и даром не надо. Цветы? Извольте от такой напасти! Представляю: едет дачник на дачу, и прет все, что смог донести и в руках, и в зубах, аж жалко его. А возвращается обратно – ах, с букетиком цветов. Тьфу! Глаза б не смотрели…». И все в таком духе. Что делать?.. Слушал все это терпеливо, Но как – то раз не вытерпел: показал ему растущий женьшень. Все! Больше он никогда не подтрунивал. Зауважал? Или наоборот?..