Читаем Cудья и палач полностью

Собровца и Князева убил Шлыков, а не кто-то другой. Если его арестуют, он будет осужден. А если задержать Аллу, не известно, чем все закончится.

Эта подруга не из тех, кого можно взять на пушку. А потом, она приманка – ее трогать нельзя…

Мысли путались, накладывались одна на другую. Сознание куда-то проваливалось. Степан заснул…

Проснулся он посреди ночи. Аллы в постели не было.

Он тихо встал, бесшумным шагом прошел в соседнюю комнату. Алла сидела за столом, за компьютером. Что-то читала. И очень внимательно. Не заметила, как Степан оказался за ее спиной.

«…МЫ ДОВЕДЕМ СВОЮ ИГРУ ДО ЛОГИЧЕСКОГО КОНЦА. ВИТАЛИЙ ОБРЕЧЕН. ЭТОЙ НОЧЬЮ ОН УМРЕТ. Я ДОГОВОРИЛСЯ С НУЖНЫМИ ЛЮДЬМИ. ОНИ УЖЕ В РАБОТЕ…»

Дальше Степан прочитать не успел. Алла заметила его присутствие и быстро отключила компьютер.

– Ты?! – резко обернулась она.

В ее глазах были страх и досада.

– Я, – лениво зевнул Степан.

Он вяло тер сонные глаза. На лице безразличие ко всему. Алла должна убедиться в том, что он ничего не видел и ничего не понял.

– А что?

– Да ничего, – как будто облегченно вздохнула она. – Думала, а вдруг вор к нам забрался. С ножом…

– А ты меньше в Интернет свой выходи. Тогда и мерещиться не будет… А чем это ты так поздно занимаешься?

– Да так, ничем, – голос ее дрогнул.

– Не дай бог узнаю, что какого-нибудь юнца развращаешь…

– Степан! Ну как тебе не стыдно? – немного расслабилась она.

– А что, сейчас модно заниматься виртуальным сексом…

– А разве нельзя?

– Ну, это кому как. Тебе вот не рекомендуется… Давай лучше реальным сексом займемся.

– Как скажешь, дорогой…

Она потянулась к нему, обвила его шею своими руками. Он ощутил волнующую упругость ее груди. И напряжение в собственном паху.

Только ему сейчас было не до секса.

И ей, кстати, тоже.

Они вернулись в комнату, бухнулись на постель. И на самом интересном месте Алла отстранилась от него.

– Извини, дорогой! Я сейчас…

И она бросилась к своему компьютеру. Когда Степан сообразил, зачем она это сделала, было уже поздно. Она стерла с памяти сообщение, которое получила от Германа.

Степану пришлось сделать вид, что он ничего не понял.

Когда она вернулась, он с озабоченным видом держал возле уха трубку своего сотового телефона.

– Да, да, сейчас выезжаю…

Он захлопнул крышку телефона и посмотрел на Аллу. Теперь настал его черед извиняться.

– У нас чрезвычайное происшествие, – сообщил он. – Труп возле отделения нашли…

– Ну и черт с ним!

– Да если бы его где-то нашли, а то прямо рядом с отделением. Как будто кто-то вызов бросил…

Он врал легко и беззастенчиво. Ему нужен был повод, чтобы исчезнуть из этой квартиры. И Алла его отпустила.

Он быстро оделся и вышел. Его «восьмерка» стояла у подъезда. Степан сел за руль, завел двигатель, сорвал машину с места и на полном ходу рванул в сторону Кольцевой автострады.

Он ехал в Бутырку.

По пути связался с Марковым.

– Спишь?

– А что прикажешь делать? Третий час ночи…

– Самое время для темных дел…

– Я не понял, к чему ты это?

– Знаешь, почему мы никак не можем засечь выход Шлыкова на связь с Болотовой?

– Почему?

– Потому что мы прослушиваем квартиру, ее телефоны и отслеживаем ее контакты. А она общается со своим другом молча…

– Как это молча?

– Через Интернет…

– А ведь запросто…

– Я засек контакт…

– И?…

– Шлыков связался с Болотовой. Передал ей сообщение…

– Ну?…

– Похоже, Болотову угрожает смертельная опасность. Если, конечно, он все еще жив…

– А конкретно?

– Шлыков – киллер, у него есть «хозяин». И, я думаю, через своего хозяина он может добраться до Болотова. Он так и передал, что Виталий обречен. Сегодня ночью он должен умереть. Мол, уже договоренность есть с нужными людьми. Хозяин Шлыкова и его подручные как раз и есть те люди…

– Очень даже может быть… Что ты собираешься делать?

– На всех парах лечу в Бутырку.

– Зачем?

– Постараюсь что-нибудь предпринять…

– Ничего ты не сможешь. Сейчас ночь, тебя туда и на пушечный выстрел не подпустят. Я свяжусь с начальником изолятора. Я его хорошо знаю. Он посодействует…

– Да, наверное, так будет лучше… Но курс я не меняю…

– Разумеется. Я тоже подтягиваюсь…

***

Виталий проснулся среди ночи. Глянул на часы. Без пятнадцати три.

Последняя ночь в этой камере. Завтра его переведут в другую, отдельную, с комфортом.

Он не виновен. Он ни в чем не виновен! Но одно дело знать это самому и совсем другое, когда тебя оправдало следствие.

Во всем виновата Алла. Она задумала избавиться от него. Со своим Герой снюхалась. И вместе они его подставили. На нары упекли.

Только им гораздо проще было убить его. А они этого не сделали.

Почему?

Виталий услышал, как скрипнула соседняя шконка. Не поворачивая головы, увидел, как с нее встает блатной, толкает своего кореша. Оба смотрят на него, на Виталия. Переглянулись. Встали.

Теперь Виталий знает, почему его не убили. Герман оставил это дело на потом.

«Коренные» приближались медленно. Виталий рывком сорвал свое тело с койки. Но и блатные так же резко подскочили к нему, схватили за руки, вернули на место.