Читаем Cудья и палач полностью

– Значит, ты уверяешь, что Славца тебе никто не заказывал? – допрос продолжился.

– Нет, я его из-за жены убил…

– Стрелять где учился?

– У меня КМС по стрельбе. Из «марголина»…

– Ствол где взял?

– Одного товарища спать уложили, квартиру обыскали. Деньги нашли и пистолет…

– Значит, говоришь, что дядя ты рисковый… – Гость крепко задумался.

Потом спросил:

– Жить хочешь?

– Да, – закивал Герман.

– Тогда поработаешь на меня…

– Как?

– А вот так… Уведите ее, – он показал на Аллу. – И сами слиняйте.

Ее отцепили от батареи и повели в соседнюю комнату.

– Только попробуйте тронуть, – жестко добавил Иван Геннадьевич.

Об Алле заботу проявил. Но Герману от этого не стало легче.

– Короче, работа такая. Человека одного нужно убрать…

Герман понял, о чем речь. И ему стало жарко.

– А если я откажусь?

– Тогда ты умрешь. А жену твою на толпу бросим, до потери пульса ее драть будут. Такая перспектива тебя устраивает?

– Нет…

– Вот видишь. Ну что, будешь работать?

– Да…

– Вот и ладненько… Завтра утром к тебе придут, скинут информацию.

Срок тебе три дня. Сделаешь, получишь жену. Нет, будете закопаны в одной яме…

Иван Геннадьевич ушел. За ним квартиру покинули и его ублюдки. Только вместе с собой они забрали и Аллу.

– Не бойся, – без всякой издевки бросил ему «милиционер». – Никто ее пальцем не тронет…

Герман почувствовал дикую тоску.

Он промучился всю ночь. Гнетущие мысли не пускали к нему сон. Не радовало даже то, что он остался при всех деньгах. Заснуть он смог только под утро.

Проснулся через два часа. Тело ломит, усталость, настроение не в дугу.

А тут еще звонок в дверь.

Появился какой-то тип в двубортном костюме и модных очках.

– Я от Ивана Геннадьевича, – представился он.

И чуть ли не с ходу выложил перед ним карты. Липский Лев Станиславович, сорока лет от роду, бизнесмен, живет в центре города, адрес.

Передвигается в машине с водителем-телохранителем. Дальше несколько вариантов его ликвидации. И в заключение пистолет «ТТ» с глушителем. Срок три дня.

– Как только сделаете дело, с вами свяжутся, – закончил очкарик. И был таков.

Герман крепко задумался. В голову полезли удручающие мысли.

Его вовсе не угнетала перспектива убить бизнесмена. Если этим он вернет себе и Алле право на жизнь, почему бы не заняться им. Но где гарантия, что после этого от него не избавятся. Кому нужен отработанный одноразовый элемент?

Утешение пришло неожиданно.

Он должен показать заказчикам класс. Застрелить бизнесмена так, чтобы они поняли: он не кто-то там, а прирожденный киллер, которому все по плечу.

Профессионалами дорожат, берегут для последующих дел. И Германа будут беречь. Для новых убийств.

Да, он будет убивать. Но этим он сохранит жизнь и себе, и Алле. Разве цель не оправдывает средства?

А потом – деньги. Им с Аллой нужны деньги. А киллеры неплохо зарабатывают.

Аллу никто не трогал.

Она жила в грязной пустой комнате неухоженной квартиры. Железная кровать с матрацем и бельем, тумбочка, вешалка, прибитая к стене – вот и вся мебель. Но зато ее не домогались. А это куда лучше, чем жить в роскоши и ложиться при этом под мужиков.

Ее охраняли два молодых парня с татуировками на плечах и руках. Денис и Паша. Они ее кормили, поили, разрешали пользоваться душем. И никто не пытался даже облапать ее. Ее трахали, но только взглядами. А это не страшно.

Возможно, ей и Герману в самом деле подарят жизнь.

В заточении она находилась ровно три дня. Потом за ней пришли.

Она еще не знала, что пришли именно за ней. Но припала ухом к своей двери, когда в квартире появились какие-то люди, чьи голоса она слышала впервые.

– Ну чо, где телка? – спросил один.

– Где ей быть? – вяло откликнулся Паша. – У себя…

– В «кругосветку» не пускали?

– А что, уже можно?

– Как раз нет, нельзя. Шеф велел забрать ее, домой отвезти…

– А мы думали ее по кругу пустить. Телка ништяк, думали попробовать…

– Вот вам, пацаны, бабки за работу. На Тверскую сгоняйте, мочалок трахайте. Хоть до утра их гоняйте. А эту телку трогать нельзя. Домой она едет…

– Говорили, что ее, типа, не отпустят.

– А вот отпускаем.

– Чего?

– Мужик ее круто сработал. Черта одного влет уделал. С двадцати метров из «ТТ» снял. Без всякой оптики, точняк в чайник, на ходу. Сечешь? Профи, короче. Шеф такими не бросается. Велел его беречь…

– Да? Ну если с двадцати, да в чайник, тогда ой… В голосе Паши послышалось уважение.

– Давай телку выводи, домой ее повезу…

Уже через два часа после этого разговора Алла стонала в постели под ненасытным Германом. Он набросился на нее с такой жадностью, будто никогда до этого не имел.

– Кого ты там с двадцати метров из «ТТ» снял? – спросила она, когда все было кончено.

– Да бизнесмена одного застрелил, – глядя куда-то в пустоту, сказал он.

– Ты убил человека?

Она уже догадалась, о чем говорили бандиты. Сейчас она только искала подтверждения своей догадке.

– Пришлось. Ведь иначе они бы убили и меня, и тебя. Это страшные люди… Они тебя не обижали?

– Нет… Но могли…