Читаем Чужое сердце полностью

Мне повезло вовремя отпрыгнуть в сторону. Засмотревшись, я не заметил, как оказался на своеобразной проезжей части. Едва я успел отскочить, как за спиной пронеслась карета, запряженная четверкой гнедых. Движение оказалось достаточно оживленным. На дороге то и дело мелькали кареты или всадники. Многие со временем пропадали в переулках, но большинство двигались в сторону центра. Вновь окинув взглядом сие великолепие, я зашагал в сторону нужного дома, стоявшего на Девятой улице. Когда-то учитель заставил меня выучить схемы крупнейших городов мира, а в качестве проверки давал задание чертить их палкой на плацу. Но вот в чем загвоздка – когда ветер сдувал часть чертежа, Добряк только пожимал плечами и заставлял начинать с нуля. Демоны, как я его ненавидел в те времена! Так часто бывает. Сначала ученик проклинает наставника, а потом хочет отблагодарить, но мастера уже нет рядом со своим протеже, и тогда на душе появляется такое неприятное, мерзостное ощущение, будто ты неблагодарный засранец. У меня такого не возникало, но на мгновение стало неуютно.

Оказавшись на нужной улице, я порылся в мешке и выудил маленький кожаный мешочек, неприятно хрустевший и покрытый коркой засохшей крови. За ним на свет явился пакет с бумагами, и на этом официальные приготовления были закончены. Теперь осталось лишь осмотреться. Дом, в котором спрятался заказчик, оказался нелепой одноэтажной хибарой, сараем, если уж говорить не приукрашивая. Скорее всего черного входа нет – это плюс, наличие четырех окон – минус. Накрыть я сумею лишь два, максимум три, а значит, у нанимателя будет лазейка для отхода. Достав из сумки смазанные ядом иглы, подготовленные во время бега, я рассовал их по карманам. На поясе закрепил шесть листовидных метательных ножей. В голенища приватизированных на балу сапог закинул специальные топорики, которые благодаря своей конструкции могли спокойно ломать хлипкие мечи. Еще раз осмотревшись и не найдя на узкой улице следов городского патруля, я с пинка открыл калитку и оказался во дворике.

Некогда здесь был аккуратный садик, но сейчас все поросло сорняками, а трава вздымалась чуть ли не до пряжки ремня. Каждый шаг приходилось контролировать и перемещаться так, чтобы ни одна травинка не качнулась, а ветер всегда бил в лицо. Наконец я встал на крыльцо. Петли оказались хорошо смазанными. Что ж, это хорошо для меня и плохо для заказчика. Осторожно открывая дверь, я ожидал увидеть все что угодно и был готов почти к любой неприятности… В темной зале за круглым столом сидел некто, завернутый в плащ. Лица я не видел, но ощущения подсказывали, что все-таки это мужчина.

– А я уж и не думал увидеть вас сегодня, – сказал Плащ.

Ну да, фантазия у меня небогатая. Хозяина таверны обозвал Шрамом, этого вот – Плащом, но что поделать, если самому спрашивать чужое имя в этом мире считается моветоном.

– Задержался по дороге, – ответил я, бросая на стол бумаги и мешочек.

Незнакомец сгреб бумаги, высунув из-под накидки руки в темных кожаных перчатках, что информации также не прибавляло. Развязав тесемки кошелька, он несколько секунд осматривал доказательства выполненной сделки, а потом выложил туго набитый кошелек.

– Здесь пятьдесят и двадцать пять – неустойка, – протянул он и встал из-за стола.

Как только Плащ сделал шаг по направлению к выходу, я дернулся, чтобы выхватить иглы, но руки, как и все тело, отказывались подчиняться. Недоуменно переводя взгляд со своего застывшего тела на незнакомца, я даже губами пошевелить не мог.

– Не беспокойтесь, – бросил из-за спины уходящий заказчик. – Это всего лишь простенькое заклинание временного паралича, через полчасика само пройдет.

С этими словами Плащ захлопнул дверь и был таков.