Читаем Чужое сердце полностью

Обложка альбома была из кожзаменителя, впрочем, довольно качественного, с удачной имитацией зернистой поверхности. Тяжелый и массивный, его было приятно взять в руки. Вот и теперь они поглаживали его – нежно, словно кошку.

В некотором роде альбом и был домашним любимцем, вроде кошки или собаки. Другом, которому можно доверить секреты. Чем-то таким, кого можно было прижать к груди, с кем поиграть в свободные минуты или когда нуждаешься в уюте и общении. Или в безоговорочном одобрении.

Страницы альбома пестрели газетными вырезками. Многие представляли собой отчет о жизни юного Джерри Уорда, его мужественной борьбе с врожденным пороком сердца, о перенесенной им операции и последующем выздоровлении, а также об ужасной смерти в реке. Боже, какая трагедия, особенно после того, что парню довелось пережить.

Затем та пожилая женщина из Флориды. Друзья и родственники горько оплакивали ее неожиданную смерть. У нее, похоже, за всю ее жизнь не было ни одного врага. Ее все любили. После операции кардиолог сказал, что ее прогноз внушает оптимизм. Она прожила бы еще немало лет, если бы не осколок стекла, пронзивший ей легкое, когда она, поливая цветы, выпала в окно внутреннего дворика. И что обиднее всего, это произошло в день второй годовщины ее удачной операции по пересадке сердца!

Перевернута еще одна страница альбома. Следующая дата – 10 октября 1993 года. Три месяца назад. Другой штат. Другой город. Другой пациент с пересаженным сердцем. Другое трагическое происшествие.

Несчастный случай с бензопилой. Идея, конечно, не самая лучшая. Но тот парень был не любитель сидеть в четырех стенах, так что…

Его миссия имела один вопиющий недостаток: как узнать, выполнил он ее или нет? Может, это уже случилось, с Джерри Уордом или с кем-то из двух других? Но ее нельзя признать завершенной, пока не будут устранены все возможные реципиенты. Только тогда можно быть до конца уверенным, что сердце и душа любимой наконец воссоединились.

Альбом был благоговейно закрыт. Нижняя обложка удостоилась нежного поглаживания, после чего бесценный фолиант был уложен в ящик письменного стола подальше от чужих глаз. Впрочем, их и не будет. Чужих сюда не приглашают.

Прежде чем ящик стола был заперт на ключ, из него был извлечен пухлый желтый конверт. Щелкнула металлическая застежка, и содержимое конверта высыпалось на стол. Каждая заметка, фотография или газетная вырезка для удобства были снабжены пояснительной надписью. Все факты из этой сокровищницы давно заучены наизусть и тщательно проанализированы.

Он знал о ней все: рост, вес, размер одежды, симпатии и антипатии, религиозные убеждения, любимые духи, уязвимые места, номер водительского удостоверения, номер карточки социального страхования, политические взгляды, размер кольца и телефонный номер клининговой компании, убиравшей комнаты в ее доме в Малибу.

Чтобы собрать эту информацию, потребовался не один месяц. И все же удивительно, сколько всего можно узнать о человеке, если все время заниматься исключительно поисками. Конечно, она знаменитость, так что большую часть сведений можно было почерпнуть из газет и журналов, хотя надежность содержащейся в них информации порой вызывает сомнения. Таблоиды не всегда пишут правду, так что сведения приходится проверять и перепроверять.

Взять хотя бы ее недавнее решение оставить сказочную жизнь в Голливуде и переехать в Сан-Антонио, штат Техас, чтобы заниматься там благотворительной деятельностью.

Что ж, было бы любопытно познакомиться с этой Кэт Делани.

Убить такую – двойное удовольствие.

Май 1994 года

– Черт, это покажется безумием, но я сидел вон в той будке, смотрел на тебя и все время думал, откуда я тебя знаю? Затем меня словно по башке ударило. Да это же Алекс Пирсон! Я ведь не ошибся?

– Ошиблись.

– Вы серьезно?

– Абсолютно.

– Черт, готов поклясться, это вы – это он. Ну, писатель, вы понимаете? Тот, что пишет детективные романы, которые читают все. Вы – его ходячая копия.

Как же ему надоело это выслушивать. Алекс протянул руку.

– Алекс Пирс.

– Черт возьми! Я так и знал, что это вы! Узнал по фотографии на задней обложке вашей книги. Лестер Доббс мое имя. – Разговорчивый незнакомец энергично встряхнул его руку. – Рад с вами познакомиться, Алекс. Это ничего, если буду называть вас Алексом?

– Ничего страшного.

Не дожидаясь приглашения, Доббс скользнул из своей кабинки в кабинку к Алексу. В кофейне «Дэнни» было время завтрака. Зал был полон людей. Кто-то шел на работу, кто-то возвращался домой с ночной смены.

Доббс сделал знак официантке, чтобы та принесла свежий кофе.

– Не знаю даже, с чего она вдруг рассердилась, – пробормотал он, когда им принесли заказ. – Ведь, пересев к вам, я освободил свою кабинку.

Алекс свернул утреннюю газету и положил ее на сиденье рядом с собой. Похоже, дочитать ее не удастся.

– Я прочитал, что вы техасец, – продолжал трещать Доббс. – Не знал, что вы по-прежнему живете в Хьюстоне.

– Я здесь не живу. Во всяком случае, я постоянно нигде не живу. Переезжаю с места на место.

– Наверно, с вашей работой такое можно себе позволить.