Читаем Чужое счастье полностью

— Ну, для начала хватит. — Лаура металась туда-сюда, выставляя на стол картонную пачку с молоком, а через мгновение снова возвращаясь к холодильнику. — Когда она подрастет, мы расширим жилплощадь. И не забывай: это случится незадолго до того, как ты уедешь в колледж.

Финч с нетерпением ждала этого момента, но сейчас слова Лауры вызвали у нее острую боль.

Мод сжала губы.

— Даже так…

Лаура легкомысленно усмехнулась.

— Признайся: ты хочешь, чтобы она жила в твоей комнате.

Через мгновение Финч поняла, что Лаура имела в виду малышку, а не ее.

Мод еще раз фыркнула, ударив по тесту скалкой. Она могла отрицать это сколько угодно, но больше всего на свете она любила нянчить детей.

У Финч было такое чувство, будто ее окатили холодной водой. Она вспомнила свои годы в приюте, где лучшие вещи и помощь полагались самым маленьким и прелестным малышам. Разве может она соперничать с малышом? И по тому, какой задумчивой стала Лаура, Финч понимала, что когда Эсперанца будет здесь, ситуация лишь ухудшится.

— Ну, по крайней мере, есть уйма вещей, которые она сможет носить. — Мод связала целый гардероб маленьких платьиц, — этой возможности она была лишена, когда ребенок Сэм оказался мальчиком.

— Только никаких кружев, пожалуйста, — сказала Лаура, наполняя кувшин в раковине.

— Зная тебя, я догадываюсь, что Эсперанца окажется верхом на лошади прежде, чем научится ходить. Еще одна девочка-сорванец — только этого нам не хватало! — добродушно проворчала Мод.

— Кстати, — произнесла Лаура, — Элис хочет, чтобы я устроила по этому поводу праздник. Я сказала ей…

— Все вокруг думают только о праздниках! — Финч стукнула тарелкой по столу. — А что насчет Анны? Она может попасть в тюрьму, а вы все говорите лишь об этом дурацком малыше!

Лаура выглядела потрясенной.

— Я не забыла об Анне, — произнесла она. — На самом деле я сказала Элис, что если она хочет устроить вечеринку, то мы должны объявить акцию по добровольному сбору денег. — Лаура поставила кувшин. — Финч, что происходит? Ты расстроена из-за того, что…

Финч не услышала конца фразы, потому что выбежала на улицу. Холодный воздух обвевал ее пылающие щеки, когда она неслась в сумерках через сад.

В конюшне ее ржанием встретили лошади, выглядывавшие из своих стойл. Затем Финч услышала тихий топот, и ее блестящая пегая кобылка появилась у двери в свое стойло. Финч прижалась щекой к ее шелковой шее, вдыхая запах лошадиного пота. Разве их обеих не забраковали? Как Панч и Джуди, Чейен — беговая лошадь, доживающая свой век — попала к ним через агентство пропавших животных, в котором работала Лаура.

Финч услышала, как открылась дверь конюшни, и, повернувшись, увидела, что на нее с беспокойством смотрит Лаура.

— Финч, в чем дело?

— Ни в чем.

— Я боялась этого. — Лаура вздохнула, опускаясь на скамейку. — Все произошло не так, как ты себе представляла, верно?

Финч подошла и села рядом с ней, ощущая восхитительные запахи, доносившиеся из сада.

— Лорейн оказалась милой старой леди, которая не имеет ко мне никакого отношения. Я чувствую себя глупо из-за того, что подумала… — Финч сдерживалась, чтобы не заплакать. — Думаю, такие вещи происходят лишь в кино.

Они долго молчали. Тишину нарушали лишь лошади, которые ржали, выпрашивая кубики сахара, обычно спрятанные у Лауры в кармане. В конце концов Лаура сказала:

— Мне жаль. Жаль, что нет таких слов, которые могли бы принести тебе облегчение.

— Все в порядке. — Финч понимала, что ничто сейчас не могло бы ей помочь.

— Мне не нужно говорить тебе о том, что мы твоя семья, ты и так это знаешь.

Финч удрученно кивнула.

— Я чувствую себя полной идиоткой.

Лаура положила руку ей на плечо.

— Когда я была в твоем возрасте, я мечтала о большой семье и хотела иметь шестеро детей. Этому не суждено было произойти, но знаешь что? Я бы и не хотела, чтобы все случилось иначе. Ты, Гектор и Мод для меня все.

— С малышом нас уже пятеро. Тебе понадобится еще один, чтобы было шесть, — уголок рта Финч насмешливо приподнялся.

Лаура засмеялась.

— Сначала посмотрим, сможем ли мы справиться с этим, хотя, учитывая то, сколько мы провозились с детской кроваткой, стыдно будет еще раз ее не использовать.

Финч рассказала Лауре о Хэнке Монтгомери и Грейс Элистон. Лаура не удивилась, она лишь кивнула и сказала:

— Мама говорила, что Хэнк был самым привлекательным мужчиной, которого она когда-либо встречала. У меня такое ощущение, что он разбил не одно сердце.

— Мне интересно, знает ли Марта о том, что он ее отец?

— Она никогда ничего об этом не говорила. Если бы она хоть раз об этом обмолвилась, это обсуждал бы весь город. — Может, где-то в другом месте имя Хэнка Монтгомери и было предано забвению, но в Карсон-Спрингс он оставался легендой. — Хотя я припоминаю, что о Грейс ходила какая-то сплетня. В те дни внебрачный ребенок вполне мог вызвать скандал. Бедная женщина, — Лаура покачала головой.

Финч изучала ее лицо, такое родное и привычное. Кто бы мог сказать, что Марте было бы лучше, если бы ее мать отдала ее на удочерение?

— Как ты думаешь, мне следует ей об этом сказать? — спросила Финч.