Читаем Чужое место полностью

Все это прекрасно, думал я, уже почти ночью возвращаясь домой. Доктор оценил перспективы и согласился работать в предложенном направлении, несмотря на то, что его никак нельзя было напрямую отнести к исцелению страждущих. Но с ликвидаторами-то как быть? Те четверо, что прошли отбор, годятся только на роль исполнителей, поручать командование подразделением никому из них нельзя. Может, расширить критерии поиска? Ведь начальнику не обязательно уметь виртуозно сворачивать шеи или даже просто метко стрелять. Хотя, с другой стороны, он должен иметь не только теоретические, но и практические познания о предмете, иначе это будет хоть и своеобразный, но все-таки менеджер. Причем не обязательно эффективный, разве что в кавычках.

Ладно, решил я, остались еще те двое, которых нашел Рогачев. Вот если никто из них не подойдет в командиры, тогда и начну думать, где такового искать.

А жизнь тем временем текла своим чередом, и в конце ноября произошло почти историческое событие. Ее величество вдовствующая императрица Мария Федоровна, то есть маман, изволила посетить царствующего сына (или ей была оказана честь приема – я не интересовался, как правильно). Естественно, в сопровождении приличной свиты. Правда, в ее составе не было дяди Володи – девочки уже доложили Рите, что неделю назад они крупно поругались.

Столь же естественным, как наличие свиты, было и то, что по-человечески я с матерью в присутствии посторонних разговаривать не стал. Сделал морду кирпичом и обходился самыми общими фразами, причем не особенно заботясь о том, чтобы они соответствовали теме разговора. Который вроде как шел о грядущей свадьбе Ксении и Сандро, но мгновенно свернул с нее, как только мы остались одни. Ма-ман все прекрасно поняла и отослала даже казака из лейб-конвоя, который толкал ее инвалидное кресло.

– Алик, давай наконец поговорим серьезно, – начала родительница. – Я понимаю, что была виновата перед тобой тогда, весной девяностого, и приношу свои извинения.

Я даже не сразу вспомнил, что произошло весной, потому как главное, чего ей до сих пор не мог простить, то есть крушение царского поезда, случилось в конце лета. Хотя… может, я зря на нее качу бочку? Ну типа бабы – дуры, а сам-то отец о чем думал, когда не стал вмешиваться в ее распоряжения относительно скорейшего прибытия в Питер? Я, например, с большим вниманием отношусь к тому, что говорит Рита, но в подобной ситуации слушать ее точно не стал бы. И другим бы не дал.

– Это дело прошлое, и я готов все забыть, но для этого необходим шаг навстречу – с вашей стороны.

– Но я же его сделала…

– Еще нет, вы только обозначили свое желание. Возможно, вы это уже поняли, но все-таки давайте расставим точки над соответствующими буквами. Сейчас по отношению ко мне люди могут быть врагами, нейтралами и соратниками. Вы чуть было не оказались в стане врагов, но, кажется, вовремя спохватились. Есть такая пока еще не закономерность, а всего лишь тенденция, но уже довольно ясная. Она такова: быть моим врагом вредно для здоровья.

– Я с самого начала подозревала, что со смертью Алексея Александровича что-то не так, – вздохнула маман. – Хотя он и не считал себя твоим врагом.

– Однако по факту был им. И возвращаясь к вашим подозрениям – они вам ничем не грозят, пока вы ими ни с кем не делитесь. Надеюсь, я выразился достаточно ясно?

– Да, сын. Эх, если бы я заранее знала, что из тебя вырастет…

– Придушили бы в младенчестве? – с интересом спросил я.

– Может быть, но скорее постаралась бы подружиться.

– Что мешает начать сейчас, раз уж первый вариант не прошел?

– Насколько я понимаю, только твое предубеждение.

– Вы правильно понимаете. Основано же оно на двух обстоятельствах. Первое – сколько я себя помню, для вас по поводу любой проблемы всегда было только два мнения – ваше и неправильное. То, что кроме этих двух есть еще и мое, вы почему-то не учитывали. А зря. И второе, я только что про это говорил. Пока вы нейтрал, о каком улучшении отношений можно говорить? Такой вопрос актуален только с соратниками.

– И что же, ты предлагаешь мне копаться в этих твоих моторах или прямо сразу доверишь резать тех, кто тебе не нравится?

– Рад бы, но у вас не получится, – пожал плечами я. – И с моторами, и со вторым пунктом. А предложить я вам могу много, вопрос только в том, что именно вы согласитесь принять.

– Надо же, я даже не надеялась. Внимательно тебя слушаю, сын.

– Начать придется с приема в ближний круг нескольких девушек и одного-двух юношей. Они, к сожалению, не дворяне, но это не должно помешать вам хорошо к ним относиться. Возможно, кто-то из девушек со временем удостоится возведения в дворянское достоинство – тогда их не помешает сделать фрейлинами.

– Понятно, ты хочешь достоверно знать, что происходит в Аничковом дворце. Не вижу в этом ничего ни оскорбительного, ни невозможного, так что продолжай.