– Я женатый человек. И, ясное дело, что наша с Ольгой ссора сразу говорит не в мою пользу в сложившихся обстоятельствах. И то что следствие может усмотреть здесь мотив, это тоже ясно. Поэтому я и не рассказал. Но я ее не убивал. Зачем мне было ее убивать? Чтобы жена не узнала о романе? Ну неужели Вы думаете, что я бы пошел на это даже ради сохранения брака? Тогда и Светлану нужно было убить? Так что ли?

– Игорь Викторович успокойтесь. А то, знаете, сейчас наговорите такого, о чем потом можете пожалеть. – Афанасий Евгеньевич ухмыльнулся. – Я всегда думал, что юристы более хладнокровные товарищи. А Вы прямо весь на нервах…

– Да потому что все пошло на перекосяк…

– Вам успокоительного нужно попить. Не представляю как Вы с такими нервами такую серьезную работу выполняете. – уже с явно издевательской ноткой сказал следователь.

– Я могу идти, или Вы меня задержите?

– Я Вас не задержу. И Вы можете идти.

Игорь молча покинул кабинет.

Афанасий Евгеньевич с задумчивым видом смотрел на закрывшуюся за юристом дверь. Вообще, он слизняк. Но и слизняки, порой, совершают, в том числе, и убийства. Вопрос в том, чего он мог настолько испугаться? Скандала и развода? Потерять доходное место? Могла ли одна из этих причин стать настолько сильным стимулом, побудивши совершить столь тяжкое преступление?

Убийство пьянчужки, который возможно видел что-то в ночь смерти Ольги Самохиной, это уже следствие. Преступник, если это он же, заметал следы. И тут опять вопрос – было ли второе убийство результатом истерики и сдавших нервов или это был исключительно холодный безжалостный расчет трезвого, холодного ума?

Очень не хотелось вот так ломать жизнь женщины, муж которой похотливый козел и слизняк. Прямо целый зоосад в одной личности уместился. Витя говорил, что жена этого, прости Господи, блудливого кобеля вполне себе приятная женщина. Но если муж не думает о своей жене, то уж следователь, чьей задачей является найти преступника никак не может позволить себе руководствоваться гуманизмом и высокими материями, в ущерб пользе дела.

Все же Афанасий Евгеньевич решил хотя бы пока отсрочить неприятный визит, который был ему, что называется поперек организма.

Глава 27

– Сергей Дмитриевич , а Вам было известно о романе Игоря Башлина и Ольги Самохиной.

Сергей усмехнулся.

– Они свои отношения не афишировали, если Вы об этом. Но я догадывался, что между ними связь. – Он покачал головой. – Они оба взрослые люди и это их дело. Я ни о чем не спрашивал.

Улыбнувшись он добавил.

– Возможно, они тоже догадывались, что я догадываюсь.

– Понятно. А как давно Вы начали догадываться?

Сергей пожал плечами.

– Да, практически сразу, как только мы открыли бюро.

– То есть все эти годы длился их роман?

– Думаю, да.

– А как Вам кажется, Ольга Самохина хотела, чтобы ее любовник ушел из семьи?

– Я не знаю. Уверен, она на этом не настаивала. Иначе либо Игорь развелся бы, но он бы скорее всего на это не пошел. Либо они расстались бы с Ольгой. Она была не из тех кто терпит, подстраивается и надеется, живя надеждами и ожиданием. Она всегда твердо стояла на своем и добивалась цели. И она не умела прощать.

– Вы сказали, что Игорь не развелся бы с женой. Почему? Он ведь изменял ей. И не с одной женщиной.

Сергей снова пожал плечами.

– Почему-то часто бывает, что самые неугомонные ловеласы, готовые изменять с каждой встречной, просто не допускают для себя мысли о том чтобы развестись. Думаю, Вы тоже встречали подобных персонажей. – Сергей рассмеялся. Я и сам большой почитатель прекрасного пола, и люблю разнообразие. Но я и не женюсь, потому что знаю, что это не для меня. А Игорь он другой. Я не знаю в чем причина. Но для него есть брак и есть все остальное. И брак для него это незыблемая ценность, а все прочее это то от чего он не готов отказаться даже ради незыблемой ценности. Такая двойственность натуры.

– Скорее, такая любовь к себе. И только к себе и ни к кому больше. – Афанасий Евгеньевич неодобрительно хмыкнул. – Сергей Дмитриевич, а Вы с Ольгой Самохиной были близкими друзьями?

– Да. Мы были близкими друзьями, еще со студенческих времен.

– Последний вопрос и я больше не буду отнимать Ваше время. Вы сказали, что Ольга не умела прощать. Можете пояснить?

– Не умела прощать серьезных вещей. Если кто-то ее действительно подвел или разочаровал, она просто вычеркивала его из своей жизни.

Лицо у Сергея стало задумчивым и даже немного печальным.

– То есть Игоря она бы не простила? И он об этом знал?

Сергей развел руками.

– Она бы отошла, со временем. Но их отношения не были бы прежними. Просто коллеги, просто старые приятели. Но без особой близости. И физической и духовной. Я так думаю.

– А как Вы думаете, мог Игорь Башлин убить Ольгу Самохину?

– Я не знаю. Правда. Человек очень непредсказуемое создание и знать что-то про другого наверняка невозможно. Я бы скорее сказал нет, чем да.

Сергей развел руками.

– Спасибо. У нас с Вами получился очень продуктивный диалог.

– Буду рад, если его продуктивность чем-то Вам поможет, – улыбнулся Сергей.

Глава 28