Читаем Чудо Сталинграда полностью

Чтобы оправдать собственные потери, советские военачальники безмерно преувеличивали потери противника. Не знаю, поверил ли Сталин донесению Военного совета Сталинградского фронта от 24 сентября 1942 года или, памятуя о предшествовавших неудачах, отнесся к нему достаточно осторожно. Еременко и Хрущев сообщали: «Войска противника понесли под Сталинградом колоссальные потери. По самым скромным подсчетам, с 6 августа по 20 сентября убито солдат и офицеров 25–32 тыс., ранено солдат и офицеров 80—112 тыс., сбито и повреждено 1 156 самолетов, уничтожено 250–300 орудий, сожжено и подбито 550–600 танков. Подхода свежих частей и соединений не отмечается, а пополнение идет… путем пополнения действующих частей разными командами, штрафными ротами, аэродромными батальонами и другими огрызками. Это показывает, что резервы противника иссякают» (РГАСПИ, ф. 558, оп. 11, л. 92–93).

28 сентября Сталинградский фронт был переименован в Донской. Командующим стал генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский. Юго-Восточный фронт стал Сталинградским, им по-прежнему командовал генерал– полковник А. И. Еременко. В его состав из Донского фронта была передана 62-я армия, сражавшаяся непосредственно в Сталинграде.

И советские и немецкие войска сражались в тяжелых условиях, когда был ограничен подвоз продовольствия и боеприпасов, а бои продолжались непрерывно. Вот что писал немецкий обер-ефрейтор Герман Вигребе своим родным в письме от 29 сентября 1942 года (отправить его он не успел, так как на следующий день погиб): «О себе хорошего писать нечего – четыре недели нет подвоза мяса и жиров, и единственная мысль, беспокоящая меня, – это о моем желудке. Но сегодня мой приятель (он ездовой) принес мне целый котелок требухи, так что ворчания в желудке я сейчас не чувствую. Не можете себе представить, однако, как меня мучает жажда. Мы находимся южнее Сталинграда, очень недалеко от Волги, но «близок локоть да не укусишь» – воду достать очень трудно. Здесь, южнее Сталинграда, имеются две котловины, раньше в них находились румыны, теперь мы сменили их. Вообще, им везет, а нас все время бросают на такие места – вот я уже в третий раз в подобной переделке. Мы находимся в обороне уже две недели, Сталинград почти что в наших руках, но мы не наступаем, так как мало снарядов. У русских тоже снарядов нет и жрать нечего, но та небольшая горстка людей, которая осталась здесь от их многочисленных дивизий, бросается порой вперед, как будто их подгоняют сзади каленым железом… приходится пережить. На днях пробегали собаки, я стрелял, но та, которую я подстрелил, оказалась очень тощей…»

Тяжелее всех приходилось гражданскому населению, которое оказалось между двух огней и жестоко страдало от голода. В оккупированной части города сталинградцы вынуждены были идти на работы, предлагаемые оккупантами, чтобы не умереть с голоду. 8 октября 1942 года заместитель начальника Особого отдела Сталинградского фронта майор госбезопасности Е. Н. Горяинов сообщал Абакумову о положении в Сталинграде: «Распоряжение немцев о выселении гражданского населения из города не распространяется на специалистов-инженеров, лиц, знающих немецкий язык, а также квалифицированных рабочих – слесарей, столяров, шоферов, плотников, поваров, портных, печников. Этим категориям жителей немцы предлагают остаться в городе, очевидно, рассчитывая использовать для необходимых армии работ. Если сопоставить этот факт с имеющимися у нас данными о том, что немцы используют большое число жителей на строительстве оборонительных сооружений на западной окраине города, можно полагать, что немцы рассчитывают сделать Сталинград своим опорным пунктом на зиму».

29—30 сентября части 100-й легкопехотной дивизии овладели поселками Баррикады и Красный Октябрь. Для усиления обороны завода «Красный Октябрь» 62-й армии была передана 39-я гвардейская стрелковая дивизия, к которой вскоре должны были присоединиться 308-я и 37-я гвардейская стрелковые дивизии.

30 сентября на правый берег были переправлены остатки 42-й и 92-й стрелковых бригад, которые сменила 308-я стрелковая дивизия.

4 октября германская 389-я пехотная дивизия прорвалась к Тракторному заводу. 115-я стрелковая дивизия и 2-я мотострелковая бригада оказались в окружении. 8 октября их остатки в количестве 220 человек пробились к своим.

4 октября 62-я армия получила 37-ю стрелковую дивизию и 84-ю танковую бригаду. Для обороны островов на Волге из резерва Ставки были направлены девять пулеметно-артиллерийских батальонов и 45-я стрелковая дивизия.

10 октября части 389-й и 94-й пехотных и 100-й легкопехотной дивизий начали атаки на Тракторный завод и захватили его, выйдя на фронте в 2,5 километра к Волге. 124-я и 149-я стрелковые бригады оказались отрезаны.

Для усиления 62-й армии 11 октября была передана 138-я стрелковая дивизия полковника И. И. Людникова, в задачу которой входило отбить Тракторный завод.

10—12 октября в состав фронта из резерва Ставки прибыли 61-я и 81-я кавалерийские дивизии 4-го кавалерийского корпуса.