Читаем Чудеса на дереве полностью

Пер. Ара Геворкяна

Родилась 13 августа 1970 года в Вологодской области. Выросла в с. Павино Костромской области. С 1988 года живёт в Крыму. Окончила Симферопольский государственный университет по специальности «история».

Всегда много читала, но никогда не думала, что начнёт писать сама. Правда, однажды дала слово сыну, что издаст книгу с детскими сказками, которые сочиняла по ночам. Так началась история Елены как писателя. В 45 лет.

С 2020 года – член Интернационального Союза писателей и Союза писателей Республики Крым. В 2021 году окончила курсы им. Чехова при Интернациональном Союзе писателей. Прошла двухнедельный курс онлайн-обучения у Анны Никольской. Считает важным для себя овладение литературным мастерством и дальше.

Печаталась в сборниках «Современник», «Российский колокол», «Ковчег-Крым», в крымско-татарской газете «Къырым».

Моей маме Алисе предложили постоянную работу, и мы переехали жить в огромный дом, который все называют странным словом «замок». Замок встретил нас хмурым взглядом из множества узких окон под покосившейся коричневой крышей. Над входом висела табличка с золотыми буквами. Я спросил у мамы, что там написано. Оказалось, это древний родовой девиз жильцов замка. Звучал он так: «Чистые лестницы прежде всего». Я сделал вид, что всё понял, иначе бы мои сёстры дразнились целую неделю.

Кстати, самое время познакомиться: меня зовут Томас, моих двух болтливых сестёр – Луиза и Шарлотта.

Нас поселили в маленькой каморке, но кормили весьма сытно и вкусно, и я скоро привык к новой жизни. А вот к хмурочёсам я привыкал долго. Я не из робких, но при виде белых безголовых туловищ душа моя юркнула в тёмный чуланчик и долго там тряслась, стуча коготками по мраморному полу.

Но хмурочёсы оказались безобидными, и я на третий день после прибытия в замок привык к тому, что они с утра до утра важно шагают вверх-вниз по бесконечным лестницам. Печально, что считать я умел лишь до тринадцати и постоянно сбивался, пытаясь выяснить количество хмурочёсов и ступенек. А мои пометки на красном мраморе, когда он покрывался пылью, хмурочёсы моментально стирали. Оказалось, эти безголовые привидения питаются пылью.

Через несколько дней после прибытия в замок я познакомился с её хозяевами – слепым графом, которому в конце лета должно исполниться девяносто девять лет, и его глухой женой, очень милой седой старушкой-графиней. Свой возраст она прятала в маленьких потайных ящичках стола, сделанного из орехового дерева. Когда старушке-графине нужно было что-то отыскать в ящичках, те сопротивлялись и напевали скрипучие мелодии.

До обеда старушка-графиня отдавала приказы слугам-хмурочёсам, но, мне кажется, они и сами знали, что нужно делать, а после обеда отправлялась в свой кабинет и занималась скучными подсчётами. Граф жил намного веселее. Он сидел в удобном кресле-качалке и курил трубку, которую толстый хмурочёс набивал виргинским табаком. Если светило солнце, граф нежился в парке под раскидистым платаном, когда шёл дождь – старичок слушал странные истории из красного ящика в библиотеке. Я пристраивался рядышком на маленьком табурете с мягкой подушечкой и засыпал.