Читаем Чудаки полностью

(Слева входят Елена и Зина. Самоквасов кланяется, не протягивая руки.)

З и н а. Не бойтесь... давайте вашу лапу... я не злопамятна.

В у к о л. К тому же вы ссорились не в последний раз.

З и н а. Конечно.

С а м о к в а с о в (смущён). Я - рад! Сердечно рад...

(Елена тихо подходит к мужу, он, виновато улыбаясь, как бы невольно протягивает ей руку.)

М а с т а к о в. Как ты долго!

Е л е н а. Скучал?

М а с т а к о в. Вот эти двое обижают меня политикой, философией, астрономией и всяческой мудростью... (Видит в руке у неё связку ключей на кольце и перчатку, нахмурился.) Что это у тебя... чьё это?

Е л е н а (внешне безразлично). Вероятно - Ольги Владимировны. Я подняла на дороге, попало под ноги мне... Она была?

М а с т а к о в. Да. Она была. Землемер, мы скоро пойдём?

В у к о л (смотрит на часы). Через... через полчаса.

М а с т а к о в (уходя). Пойду оденусь.

С а м о к в а с о в (Зине). Мне это простительно... я иногда не понимаю значения слов... Вот, например, часто встречается слово - фикция. Что такое?

З и н а (устало). Фикция? Это вы.

С а м о к в а с о в. Нет, серьёзно.

З и н а. Серьёзно. Вы.

С а м о к в а с о в. Но... как же я... если женский род?

З и н а (смеётся). Ах... Лена, послушай...

С а м о к в а с о в (вспыхнув). Да... я понимаю, что когда мужчина за сорок ставит детские вопросы... это смешно образованной девушке... в двадцать лет. (Быстро отходит в сторону.)

Е л е н а (задумчиво позванивая ключами). Что такое? (Тихо.) Он, кажется, снова рассердился?

В у к о л. Барышня назвала его фикцией. Его!

З и н а (улыбаясь). Разве это обидно?

Е л е н а (Вуколу, мягко). Надо ли, чтобы он чувствовал себя чужим среди нас?

В у ко л. Ба! Мы с ним друзья почти... Вы уж очень... тонко!

Е л е н а (улыбаясь). А вы не слишком ли просто относитесь к нему?

В у к о л. Это - не я! Это вон кто дразнит его всегда.

(Елена не спеша идёт к Самоквасову.)

В у к о л. Вот, я получил выговор из-за вас. (Зина молчит.) Что, как ваш больной?

З и н а (сердито). Ведь вам неинтересно это?

В у к о л. Почему?

З и н а. Потому, что вы человек холодный, чёрствый.

В у к о л (удивлённо). Вот тебе раз!

З и н а (несколько сконфужена своей выходкой). Вам скучно жить, и вы...

В у ко л. Милое моё дитя! В мои годы всем живётся невесело, но это в порядке вещей, а вот что вам в двадцать лет скучно...

3 и н а. Мне не скучно, а у меня устали нервы!

В у к о л. Тоже непохвально.

З и н а (раздражаясь). Вы не понимаете... убить так много сил и два года времени на борьбу за свободу человека, измучить мать, и... и вот он изломан, полумёртв... Испытали ли вы это в двадцать лет?.. (Потехин идёт.) Испытали?

В у к о л. Гм...

З и н а (доктору). Ну, что?

П о т е х и н. Спит. Температура упала... Это кто там ходит?

З и н а. Елена и Самоквасов.

П о т е х и н (безразлично). А батька, по обыкновению, злил вас?

З и н а. Я, кажется, была невежлива с ним.

В у к о л (успокоительно). Э, не беспокойтесь этим... нервы у меня не очень чуткие. (Отходя.) Мирон, пора идти!

П о т е х и н (тихо). Отец иногда бывает тяжёл для собеседника.

З и н а. Мне кажется, что все люди играют роли. Он - мизантропа.

П о т е х и н (прислушиваясь к голосу Елены). Фамилия у него весёлая Потехин, а человек он - скучный.

С а м о к в а с о в. Такой жизни я не понимаю!

П о т е х и н (усмехаясь). Однако в старину прозвища не зря давали.

Е л е н а. Немножко доброго внимания друг к другу, и всё станет понятным.

М а с т а к о в (идёт). Ну, что же? Перепела или философия? (Жене.) Иду! Ты не беспокойся!

Е л е н а (удивлена). О чём?

С а м о к в а с о в. Ну-с, пошли!

М а с т а к о в (неловко). Как - о чём? Обо мне, конечно! (Целует руку.) До свиданья!

Е л е н а. До рассвета?

М а с т а к о в. Да.

(Все трое идут направо. Елена, словно смущённая лаской мужа, тихо опускает руку, глядя на неё со странной улыбкой. Потехин, дымя сигарой, следит за игрой её лица. Задумчиво покачиваясь на стуле, Зина тихонько напевает что-то печальное. Издали долетает смех Мастакова.)

П о т е х и н. Славная ночь. Тепло как...

Е л е н а. Да. Хорошо.

П о т е х и н (глухо). Я третью ночь сплю на воздухе... на террасе под окном...

Е л е н а. Комары не кусают?

П о т е х и н. Нет. (Вздохнул, оглянулся.)

(Саша мелькает среди деревьев, всё время следя за Еленой. Её не замечают.)

З и н а (не вставая). Пойду домой. Лень идти. А - надобно...

Е л е н а. Хочешь, мы с доктором проводим тебя?

З и н а (позёвывая). Если вы хотите... не трудно вам...

П о т е х и н (живо, неловко). Что вы! Приятно... мне, конечно...

З и н а. Вот неожиданный взрыв любезности!

П о т е х и н. Какая же тут любезность? Просто спать не хочется.

З и н а (кланяясь). Да? Извините мне ошибку...

Е л е н а (улыбаясь). Бедный доктор, он даже покраснел. А знаете, этот Самоквасов интересный человек... Ему среди нас неловко...

П о т е х и н. У него есть что-то общее с моим отцом.

З и н а (насмешливо). Скучают оба. Ничего не делают и скучают. От скуки думают о сложных вопросах...

Е л е н а. Мы все, Зина, скучные немножко. И всё от скуки думаем.

П о т е х и н. На даче - отдыхают... Отдых сам по себе повеселее занятие.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза