Читаем Что вдруг полностью

Что вдруг

Упомянутый выше архитектор Георгий Давыдович Ротгольц, согласно списку Н.А. Митурича «Посещавшие вечера Худ. Об-ва Интимного театра – подвал «Бродячей собаки» в 1912–1915 годах», умер в 1920-х. Список, составленный архитектором Николаем Александровичем Митуричем (1891–1973), хранится в библиотеке Музея Анны Ахматовой. С ним меня любезно ознакомила Н.П. Пакшина. В нем среди прочих названы однокашники Н.А. Митурича по Петербургскому институту гражданских инженеров, «сотрудники по декору, плакатам, эстраде, костюму» А.И. Тягин и М. Штромберг, а также брат актера Николай Авелевич Мгебров, «военный инженер – всегдашний помощник в строительных работах и доставании стройматериалов».

61.

Первая публикация песенки В.Ф.Крушинского – по-видимому, в статье «Чествование Ю.М.Юрьева в кабаре «Бродячая собака»» (Петербургский листок. 1912. 19 янв.; подписано «Р-ов» – возможно, Вл. Рышков), затем – в анонимной заметке журнала «Огонек» (1912. № 5). См. также заметку Д.М. Цензора (подпись: «Дм») в журнале «Черное и белое» (1912. № 1. С. 13). Текст и ноты (музыка В.А. Шписа-Эшенбруха) – в кн.: Петров Н.В. Я буду режиссером. М., 1969. С. 100–101. Автор текста в нотах обозначен как «В.К.»; предположение об авторстве В.Г. Князева (БС. С. 145) было ошибочным. Окончание гимна:

На дворе метель, мороз.Нам какое дело,Обогрел в подвале нос,И в тепле все тело.Нас тут палкою не бьют,Блохи не грызут.Лаем, воем псиный гимнНашему подвалу,Морду кверху, к черту сплин,Жизни до отвалу.Лаем, воем псиный гимн,К черту всякий сплин.

Ср. репортажное описание ночи первого сезона:

Атмосфера становится все напряженнее. Наконец, часов около трех утра артист балета талантливо протанцевал кек-уок и матчиш.

Аплодисменты. Опять долгая томительная пауза.

Кто-то садится за рояль. Ему жидко подпевают гимн «Бродячей собаки». Присутствующим раздаются листки с текстом. Вот он. <…> Пропели гимн. Снова жуткая напряженность. Мне вспоминается парижское кабаре Монмартра, где французы умеют так беззаветно, непосредственно веселиться, так заразительно-жизнерадостно хохотать иногда плоским, грубоватым остротам импровизаторов, иногда над их действительно меткими и злыми шутками, пародиями, политическими памфлетами и т. п. …

Вспомнилось, и до слез стало жаль скучных, немолодых петербуржцев, которые отчаянно, истерически хотят веселиться и не могут, не умеют.

«Бродячей собаке», конечно, нужно оплатить свой угол в подвале, отопить и осветить его, но лучше было бы, если бы она обошлась как-нибудь своими средствами и не впускала бы за высокую плату (1 рубль за вход) в свои стены хмурый, чужой ей по духу Петербург (Заречная С. [Кочановская С.А.] Письмо из Петербурга // Женское дело. 1912. № 11/12. С. 6; Софья Абрамовна Кочановская (1887–1967) – прозаик).

62.

«Отъявленные фармацевты» – цитата из стихотворения Игоря Северянина «Бродячая собака»:

1Залай, Бродячая собака!И ровно в полночь в твой подвалИ забулдыга, и гулякаБегут, как рыщущий шакал.Богемой в папах узаконен,Гостей встречает Борька Пронин,Подвижен и неутомим.(Друзья! вы все знакомы с ним!)И рядом – пышущий, как тульскийС солидным прошлым самовар,Распространяющий угар,Известный женовраг Цибульский,Глинтвейнодел и музыкант,И, как тут принято, талант…2А кто же эти, с виду дети,А по походкам – старички?Их старший книжку издал «Сети».А эти – альманах… «Сморчки!»Глаза подведены кокотно,Их лица смотрят алоротно,И челки на округлых лбахВнушают дамам полустрах…О, сколько ласки и умилийВ глазах, смотрящих на своих…От них я очищаю стихИ, избегая их фамилий,Уж превращенных в имена,Оставлю им их времена!..

Перейти на страницу: