Читаем Читатель предупрежден полностью

Сандерс подошел к приоткрытой двери, за которой ожидала Мина. Он осторожно отодвинул ее в сторону, вошел и закрыл за собой дверь.

Она не пыталась его остановить, но колени у нее начали подгибаться, и не потому, что она собралась упасть в обморок, просто они вдруг перестали держать ее и стали хлипкими, как бумажный фонарик. Сандерс подхватил ее под руки и осторожно усадил в кресло. Мина еще не закончила одеваться к обеду – на ней был большой розовый стеганый халат, обволакивающий все тело, кроме тонких рук и растерянного лица. Ее черные волосы были зачесаны назад. На рукаве халата Сандерс заметил пятна, похожие на застывший воск. От прежней живости Мины Констебль не осталось и следа. Губы побелели, сердце билось очень часто. Похоже, она лишь теперь поняла, что Сандерс не хотел подпускать ее к мужу, удерживая в кресле, и начала сопротивляться.

– Миссис Констебль, успокойтесь. Мы уже ничего не можем сделать.

– Но он ведь не умер! Он не умер, я видела…

– Боюсь, что он действительно скончался.

– Вы так считаете? Ну да, вы ведь врач. Вы должны в этом разбираться, верно?

Сандерс кивнул.

Она замолчала, ее тело била дрожь. Наконец она позволила себе расслабиться и откинуться на спинку кресла, как будто все это время вела какую-то внутреннюю борьбу, однако теперь на смену этой борьбе пришло нечто новое. Она, кажется, попыталась взять себя в руки, и ее большие лучистые глаза наполнились слезами.

– Миссис Констебль, все дело в его сердце, не так ли?

– Что вы сказали?

– У него было слабое сердце?

– Нет, он всегда… нет, нет, нет! – воскликнула Мина, приходя в себя и глядя на Сандерса влажными от слез глазами. – Сердце у него было сильным, как у быка! Доктор Эдж так ему и сказал неделю назад. Такого хорошего сердца еще поискать! Но какое это теперь имеет значение? Я не знаю. Я не дала ему двух чистых носовых платков. Это последнее, о чем он меня попросил.

– Но, миссис Констебль, скажите, что произошло?

– Я не знаю, не знаю, не знаю!

– Хорошо, почему вы кричали?

– Пожалуйста, оставьте меня в покое.

Сандерс постарался взять себя в руки и не показывать своего сочувствия, которое в ту минуту переполняло его сердце.

– Миссис Констебль, я не хочу причинять вам беспокойство. Но поймите, мы с вами должны кое-что сделать. Нужно послать за врачом, за его врачом, и, возможно, обратиться в полицию. – Он почувствовал, как напряглись мускулы ее руки. – Я избавлю вас от всех этих затруднений, если вы просто расскажете мне, что случилось, и после этого я смогу все уладить.

– Да, вы правы, – сказала она, стараясь не расплакаться, но слезы уже текли по щекам. – Так я и поступлю. И спасибо за вашу доброту.

– Что же случилось?

– Сэм был там…

Они находились в спальне Мины Констебль, которая, несмотря на изящное убранство, отличалась простотой обстановки. Эта комната примыкала к спальне мужа, с которой у них была общая маленькая ванная. Теперь обе двери в ванную оказались открытыми. Мина Констебль провела ладонью по лбу, выпрямилась и махнула в сторону ванной комнаты:

– Он был там, заканчивал одеваться. Я сидела здесь, за туалетным столиком. Я еще не приготовилась, поскольку помогала ему одеться, а сама не успела. Все двери были открыты. Он кинул мне: «Я спускаюсь вниз». И это было последнее, что я от него услышала. Я ответила: «Хорошо, дорогой».

Эти воспоминания спровоцировали новый приступ рыданий, хотя ее глаза оставались неподвижными, а веки – словно приклеенными.

– А потом, миссис Констебль?

– Я услышала, как закрылась дверь его комнаты, та, что выходит в коридор. – Она снова замолчала.

– Так.

– Потом я поняла, что не помню, положила ли ему два чистых носовых платка. Он просил меня об этом. Один – для нагрудного кармана, а другой, ну, чтобы использовать по назначению.

– Да, и что же?

– Я решила спросить его. Встала, накинула халат, – она коснулась халата дрожащими пальцами, иллюстрируя свой рассказ, – пошла туда, открыла дверь и выглянула в коридор. Я думала, что он уже спустился вниз. Но нет. Он стоял ко мне спиной. Качался и как будто даже пританцовывал на месте.

И снова прошло несколько секунд, прежде чем Мина продолжила. Все это время она упрямо пыталась контролировать выражение лица, стискивая челюсти и прижимая язык к зубам, чтобы не расплакаться от горя.

– Качался и пританцовывал?

– Это так выглядело. Потом он упал. Завалился на перила. Я боялась, что он рухнет вниз. Начала звать его. Но я понимала, что он умирает.

– Почему?

– Я чувствовала это.

– Хорошо, а дальше?

– Вот, собственно, и все. Потом вышли вы. Я слышала, что вы сказали Ларри Чейзу.

– В таком случае этого вполне достаточно, миссис Констебль. Остальное я возьму на себя. А вы пока прилягте. Кстати, вы никого больше не видели в коридоре?

– Нет.

– Значит, вы в последний раз поговорили с мужем, а затем вышли в коридор. Сколько времени прошло между двумя этими событиями?

– Около минуты. Для чего вы хотите это знать?

– Мне просто интересно, как долго продолжался приступ.