Читаем Чистые души полностью

— Вынужден сказать — ты был прав во всем, а я ошибался. Как страж баланса, она знала про нас все, знала про наши действия и правила, и легко обвела нас вокруг пальца. Я ошибался, когда говорил, что это не наше дело. Это было наше дело. Она стала куратором колдуна и наверху не видели никаких проблем — ведь она так умело скрывала свои дела, запутывая их. Ты был прав и мне стыдно, что я не послушал тебя.

— Передашь наверх обо всем, что случилось тут?

— Конечно. Я расскажу всё как было и о своем просчеты я расскажу.

Прохор потянул его, пытаясь оторвать от Карины, но Семен упрямо держал её руку:

— Я не стремился нарушать устав, я лишь хотел сохранить баланс, — проговорил он глухо.

Прохор долго смотрел на него, потом кивнул:

— Я не понимал этого. Мне жаль. Очень жаль. Ты в ужасном состоянии, Семен. Внутри тебя сильный раздрай.

— Ничего, — ответил Семен.

— Что теперь ты станешь делать?

Семен пожал плечами:

— Вернусь к себе. Впаду в оцепенение. Потом… потом я очнусь.

— Самое время! — подхватил Прохор. — Я провожу тебя и вернусь. Я все очищу и решу все проблемы с бестелесными.

Эпилог.

Семен очнулся когда в окна его квартиры било солнце. На улице стояла весна, снег уже почти растаял.

— Сегодня я почувствовал, что ты приходишь в себя и пришел сюда.

Семен медленно сел и огляделся. Он был в своей старой квартире.

— Я все еще здесь…

— Как ты сейчас? Ты был ужасно усталым!

— Что с человеческой полицией? Они должны были меня искать. Из-за того… что случилось здесь с Ра и Кусимиром.

— В полиции забыли про тот случай. Как забыли о нем соседи и все остальные. Об этом позаботились.

— Что ж, хорошо.

— У меня для тебя сюрприз. Вот. — Прохор вытащил из переноски совершенно черного кота. — Говорят, это твой. Будто бы ты должен был его забрать.

— Мрау! — сказал кот.

Семен улыбнулся:

— Ах да! Это право неожиданности. Я не хотел брать денег с женщины, а в итоге у меня появился кот.

— Как назовешь?

— Мраутын? Как тебе, нравится?

— Мрау, — ответил кот и ускакал.

— Еще один сюрприз. Не знаю, придется ли по нраву… — Прохор хлопнул в ладоши и в комнату вошла Карина.

Семен резко сел. Девушка улыбнулась ему:

— Добрый день.

— Это…

— Только тело. Беглянку ты распылил, осталась только сама девушка. Я подумал, тебе знакомо ее лицо и может быть тебе понравиться, если она будет рядом. Пока ты был в оцепенении, я тренировал её. Теперь она вполне готовая и умелая помощница для зеркала душ. Она знает что делать, знает способы твоей работы и я даже плачу ей зарплату. Обычными, бумажными деньгами! — с гордостью закончил Прохор и нахмурился, глядя на Семена:

— Ну как? Я напрасно обучал её?

— Вы помните меня, Карина? — спросил Семен, глядя на нее во все глаза.

Она улыбнулась:

— Да, конечно, я видела вас, когда приходила сюда с господином Прохором. Вы господин Семен и я буду помогать вам в вашей работе, если вы согласитесь нанять меня!

Лицо Семена изменилось так резко, что она замолчала и перевела взгляд на Прохора.

— В ней не осталось ничего… — пробормотал Семен.

— Ведь это совершенно другой человек. Прежде ей управляло сильное существо изнутри. Мощное, умное. А она всего лишь девушка. Человеческая девушка.

— Но она смотрит мне в глаза и не страдает от боли. Почему?

— Это только пока. Та личность, что была в ней прежде, исчезло. Сущность, занимавшая её стерла всё — память, личность. В ней ничего не осталось когда она очнулась, пришлось обучать её всему — даже есть ложкой.

— Вот как… — проговорил Семен, невольно разглядывая ей. Тоже лицо, черты, разрез глаз, но насколько же все другое!

— Хорошо. Пусть остается.

— Хорошо, — Прохор улыбнулся. — Еще я хотел тебе сказать… как это принято у людей: ты молодец! Ты сделал правильный выбор. Я знаю, она расставила тебе ловушку, но ты удержался на краю. Не многие смогли бы в разгар бушующих чувств сделать верный выбор. Скажи мне только: как ты смог? Как удержался? Ведь ты хотел исчезнуть вместе с ней. Когда я увидел тебя в той квартире, и ты сжимал её руку, ты горел от чувств. И я подумал: какая сила удержала его? Как он смог?

— Я… — медленно произнес Семен, — я подумал: мы храним баланс, мы учим людей делать верный выбор и осуждаем, когда они поддаются чувствам. Мы говорим им: почему вы не устояли? Мы говорим: на самом деле это так просто. В тот день я подумал, если я учу людей держаться, когда пропадает вся надежда и больше незачем жить, мне и самому нужно сделать правильный выбор, иначе грош мне цена.

Прохор молча кивнул.

— Прощай. Скоро увидимся. Как только что-то случится.