Читаем Чистосердечное убийство полностью

Рогозин промолчал, продолжая постукивать пальцами по крышке стола. Было очевидно, что он не ждет руки помощи, уже готов нести наказание за результаты своей работы.

— Хорошо, подполковник Рогозин, — тихо сказал Гуров, как будто говорил сам с собой. — В этой ситуации можно поступить и иначе. Хотите вернуться в когорту честных и принципиальных людей? Если желаете, то я вам помогу сперва выбраться и из этого болота, а потом его же и осушить, образно говоря.

Рогозин метнул на Гурова горящий взгляд.

«Подполковник собран и деловит, — подумал Лев Иванович. — Наверное, таким он себя чувствовал когда-то, в бытность свою молодым лейтенантом, простым сыщиком. Мало опыта, но много гонора и желания переделать весь мир по образу и подобию… закона. Жаль, что это состояние души у многих со временем проходит. Хорошо, что оно не всегда исчезает до конца. Этот подполковник еще инфицирован вирусом честности. Он по своей натуре не негодяй».

— Что вы хотите этим сказать? — спросил Рогозин.

— Я хочу, чтобы на вашем месте сидел человек, на которого я мог бы положиться как на самого себя. Он должен быть хорошим профессионалом. Во второй части вы меня устраиваете, а что нам делать с первой?

— Вы хотите дать мне шанс?

— Хочу, — кивнул Гуров. — Я привык спасать людей от самих себя и от зла. Вас еще можно выручить, но только с вашей же помощью. Тащить бегемота из болота я не намерен. Сил не хватит. А вот человека, желающего выбраться, вполне смогу вытянуть. Запоминайте, что мне нужно от вас, чтобы отстоять в главке вашу фигуру, исправить положение в оперативно-разыскной работе в области и остаться в уверенности в том, что в ближайшие годы она здесь будет вестись с надлежащим рвением и умением. На это вам ночь, Рогозин. К утру я жду от вас три рапорта, которые увезу в Москву и положу на стол руководства вместе со своими комментариями. Первый — анализ недостатков в работе оперативных подразделений области. Второй — ваши предложения насчет кадровой политики в подчиненной вам структуре. Третий, как вы понимаете, должен касаться тех лиц, которые мешают вам работать. Только аргументированно.

— Вы понимаете, Лев Иванович…

— Понимаю! Да, рапорт довольно неприятный, с душком. Вроде как подсиживание своего начальства. С другой стороны, ваша деятельность тоже пахла не очень приятно. Выбирайте. Но я вам гарантирую, что рапорта ваши будут рассмотрены внимательно. Информация не выйдет из одного важного кабинета. Если такое произойдет, то за этим последует самая тщательная проверка вашего управления. После нее заведомо полетят погоны, и вам уже ничего не будет грозить.

— Я согласен, — заявил Рогозин.

Гуров вышел из здания и посмотрел на темнеющее небо.

«Вот и заканчивается командировка, — подумал он. — Дела в области обстоят, если честно, хреново. Здесь цветет криминал. По всей стране распустили крылья самарские предприниматели, скупающие на корню остатки заводов, целых промышленных зон. На этих площадках в огромном количестве строятся торгово-развлекательные комплексы, элитное жилье. Деньги качаются насосами».

Гуров спустился по ступеням и вышел из-под большого козырька, нависающего над парадным входом управления внутренних дел. Он неторопливо шагал по улице и размышлял о том, что если генерал Орлов согласится, то можно будет устроить здесь чистку. Для этого придется воспользоваться поддержкой и помощью таких вот людей, как этот Рогозин, которых еще можно вернуть в свои ряды. Но может случиться так, что даже у генерала Орлова не хватит веса на то, чтобы инициировать и провести такую чистку. Как правило, за таким бизнесом стоят очень и очень влиятельные люди.

Гуров вытащил мобильный телефон и набрал номер жены:

— Привет, Маша. Как вы там сегодня развлекались?

— А что это ты так заинтересовался? — ответил веселый голос жены.

— Я закончил свои дела. На завтра нам берут билеты на самолет. Есть предложение отметить это дело с твоей подругой в приличном кафе с хорошей кухней и благородными напитками.

Аленка заявила, что не является любительницей респектабельных заведений. Хотя вполне могло быть, что она взглянула на ситуацию с высоты своего предпринимательского положения и решила просто не вводить в огромные расходы своих гостей, относящихся к скромным социальным слоям. Полковник, пусть даже несущий службу в одном из центральных ведомств, получает не самый большой оклад. Актриса столичного театра — тоже. Их деньги не могут сравниться с доходами преуспевающей бизнес-леди.

В результате местом проведения прощального ужина оказалось вполне приличное и демократичное кафе на набережной. Там было много как молодежи, так и более зрелых пар. Немного громковата была музыка, льющаяся из музыкального центра над стойкой бара. Но Гуров решил, что это даже удобно. Можно не отвечать на половину шуток Аленки под предлогом того, что из-за шума не разобрал смысла.