Читаем Численник полностью

Численник

Сумерки. Стыло. И я за рулем.Осени поздней характер невесел.Город огни высоко понавесил:солнечный свет не сдается внаем.Что за пастух гонит стадо автов сторону эту, другую и третью,пахнет железом, бензином и смертьюнечто во тьме, что нигде и ничто.Я выбиваюсь из стада легко,я выбираюсь на верную трассу,мне ли печалиться, доке и асу,блики летят в лобовое стекло.Лента дорожная под колесо,смятая, с маху ложится, мне к спеху,опыт с удачей приводят к успеху,скоро мой дом, я мурлычу вальсок.Вдруг неожиданный съезд и тоннель,ряд роковых понуждений – и что же!..мне же налево!.. но жесткое ложевправо несет, в боковую панель.Выровняв руль на лихом вираже,выровняв пульс и сырое дыханье…Если бы знать за мгновенье, заранее,что путепровод проложен уже!В планах – давно, а на деле – никак,вот и привычка людей к долгострою,не ожидала финала, не скрою,и просмотрела какой-либо знак.Гон как безвыходность и чернота,ни перекрестка и ни разворота,род протяженного водоворота,та еще немощь, и мощь еще та.Я удаляюсь все дальше во мглу,дом мой в мираж превратился нелепо,будто за мною кто гонится слепо,будто подсела на злую иглу.Но объявления промельк скупой,съезд как возможность и как искушенье,я пробираюсь направо в смущенье —сбились, как овцы на водопой.Движемся тихо, к металлу металл,стопорим ход лошадей поминутно,а за окошком промозгло и мутно,пробка, и каждый смертельно устал.Бесы новейшие жмут и кружат,втиснув в ряды, из рядов не пускают,ложным единством сознанье ласкают,нюхают выхлоп и тихо визжат.В мокром асфальте блестят фонари,я пребываю в чужом измеренье,руки замерзли и мерзнут колени,и пустота, как Чапаев, внутри.Все незнакомо. Окрестность чужда.Остановиться спросить невозможно.Замкнуты стекла чужие безбожно,чтоб не проникла чужая нужда.Петли петляя, как заяц в кустах,я нахожу, что лечу в Подмосковье,дружбой оставлена и любовью,чей-то чужой исполняя устав.Волей враждебной, сильнее моей,движима обочь и прочь из столицы,то ль наяву, то ли мне это снится, —где я, зачем, сколько стою нулей?..Минуло два окаянных часа,как сплошняком загребущим изъята,вся из себя стеснена и помята, —дома, десяток дорог прочесав.Опыт престранный подмены пути,род заблужденья себя и потеритам, где, с разбегу в удачу поверив,в поле попала, что перекати.Словно добычу, меня отпустив,в городе вечер темнеет с досады, —глядя в окно, без малейшей надсады,я напеваю минувший мотив.Я вспоминаю вчерашний вальсок,сутью вещей околдована напрочь,и, без привычки снотворного на ночь,ждет меня славной бессонницы срок.…Утренним солнцем освещена,в светлое небо взгляну из оконца,загородивши рукою от солнцавраз проступившие письмена.

Перейти на страницу: